Четверть взрослых россиян столкнулись с проблемой ожирения: что делать
Не менее половины взрослых россиян — в группе риска по развитию метаболического синдрома. Его главный симптом — ожирение, которое влечет за собой массу изменений в организме и существенно повышает риски развития множества хронических неинфекционных заболеваний — сердечно-сосудистых, сахарного диабета, рака. Внедрению новых разработок российских ученых в области восстановительного лечения метаболического синдрома в санаторно-курортных учреждениях страны было посвящено VI заседание Медицинского совета РНИМУ им. Пирогова.
Делите талию на рост
Всемирная организация здравоохранения объявила метаболический синдром неинфекционной пандемией XXI века. Именно он стал главным фактором риска развития заболеваний, вносящих самый большой вклад в смертность населения: сердечно-сосудистых, сахарного диабета, хронической обструктивной болезни легких, рака. Термином «метаболический синдром» обозначают целый комплекс симптомов (главный — лишний вес), которые сегодня, увы, можно найти минимум у каждого второго взрослого россиянина. И в ближайшие 25 лет специалисты ожидают увеличения темпов роста метаболического синдрома еще на 50%!
Это патологическое состояние может поразить любого человека трудоспособного возраста, ведущего рядовой для многих горожан малоподвижный образ жизни, с перекусами на ходу, фаст-фудом, стрессами и перегрузками на работе. Метаболический синдром — даже не заболевание, а состояние, объединяющее целый комплекс факторов риска. В основе — метаболические, гормональные и клинические нарушения, а также невосприимчивость тканей к инсулину. Так что помимо лишнего веса синдром проявляется повышенным артериальным давлением, повышенным уровнем холестерина низкой плотности и глюкозы в крови.
При этом далеко не любое ожирение становится симптомом метаболического синдрома. Ключевое значение в этом вопросе имеют не лишние килограммы, а лишние сантиметры, причем не везде, а в области талии. Объемы талии более 80 сантиметров у женщин и 94 сантиметров у мужчин — повод оценить наличие дополнительных факторов риска, в том числе артериальной гипертензии (артериальное давление более 140/90 мм ртутного столба), инсулинорезистентности и других. Если параметры нормального объема талии превышены, можно смело предположить самый опасный с точки зрения развития сердечно-сосудистых заболеваний вид ожирения — т. н. висцеральное. Среди прочих симптомов метаболического синдрома — повышенные утомляемость и аппетит, апатия и головные боли.
Если раньше главным инструментом диагностики лишнего веса был индекс массы тела (ИМТ), который вычисляется по формуле «рост, деленный на вес в квадрате», то теперь от этого диагностического способа все чаще отходят. «Индекс массы тела дает лишь общую картину, но не дает деталей. Окружность талии может быть признаком висцерального ожирения. Однако в 2025 году в мире появился новый инструмент, который говорит о наличии кардиометаболического риска. Это международный индекс, который высчитывается по формуле «окружность талии, деленная на рост». У здорового человека этот показатель не должен превышать 0,5. Кроме того, заподозрить наличие метаболического синдрома можно на основании исследования под названием биоимпедансометрия — оно показывает соотношение жировой, мышечной ткани и воды в организме», — рассказывает заведующий кафедрой эндокринологии РМАНПО, заслуженный деятель науки, профессор Александр Аметов.
Жир не так прост, как кажется
Профессор отмечает, что сегодня часто призывают бороться с ожирением, однако за последние 40 лет наши представления о жировой ткани существенно изменились: «Жировая клетка может быть не только нашим врагом, но и нашим другом. Жировая ткань — мощнейший источник энергии, который обеспечивает организму теплоизоляцию. С 1994 года стало известно, что жировая клетка производит важнейшие вещества, участвующие во всех видах обмена. Так, гормон жировой ткани лептин информирует головной мозг о запасах энергии. А гормон адипонектин, участвующий в обмене веществ, — главный маркер метаболического здоровья. В 2015 году стало известно, что жировая клетка выделяет более 800 биоактивных веществ — они управляют энергией, участвуют в процессе вялотекущего воспаления и пр. Сами же жировые клетки бывают трех типов — белыми, буро-коричневыми и бежевыми. Жировые клетки (адипоциты) — очень пластичные, гибкие и способные к расширению. Адипоцит может изменяться в диаметре до 20 раз, а в объеме — более чем в 1000 раз!»
По прогнозам ВОЗ, к 2030 году ожирение в 185 странах мира будет прогрессировать. Например, уже сегодня в США 2/3 населения имеет избыточную массу, а 1/3 — ожирение. Каждый пятый взрослый в Европе и каждый восьмой в мире также страдает ожирением. В России, по данным Росстата, с избыточной массой тела столкнулись 62% взрослых, а с ожирением — 26%. «Ожирение — многофакторное хроническое рецидивирующее заболевание, связанное с избыточным накоплением жира. Много говорят о генетическом факторе риска, однако мы пока не знаем, где первичный генетический дефект, и не понимаем, как это происходит. Однако способность к ожирению обусловлена избыточным потреблением энергии и недостаточной активностью. Осложнения же начинаются, когда начинается «болезнь жировой массы» или «болезнь больного жира», — продолжает профессор Аметов.
В соответствии с новой классификацией диагностики выделяют доклинический этап ожирения — когда оно уже есть, но еще нет нарушений функций органов и систем. Иными словами, когда у человека — метаболически здоровое ожирение. «И в этой ситуации нужно начинать санаторно-курортное лечение», — говорит Александр Аметов.
Второй этап — клиническое ожирение, при котором уже отмечаются нарушения — прежде всего со стороны сердечно-сосудистой системы. Дисфункция жировой ткани приводит к вялотекущему воспалению, повышению фактора некроза опухоли, интерлейкинов и снижению уровня главного маркера метаболического синдрома — высокомолекулярного адипонектина. Все это, в свою очередь, ведет к дисфункции миокарда и развитию хронической сердечной недостаточности (сегодня широко обсуждается адипокиновая теория развития этого заболевания, в основе которой — дисфункция висцеральной жировой ткани), хронической болезни почек, поражению и дисфункции внутренних органов. У пациентов с преддиабетом нарушение секреции инсулина, например, тесно связано с дисфункцией жира в поджелудочной железе.
Как подчеркивает профессор Аметов, метаболический синдром зарождается еще в утробе матери, когда происходит программирование органов и систем. «В группе риска — дети, рожденные с массой тела менее 2,5 кг и более 4 кг, такой вес означает наличие инсулинорезистентности и является поводом для начала профилактических мероприятий. К 40–46 годам до 70% таких детей уже имеют ряд метаболических заболеваний».
Когда пора в санаторий
Профессор Аметов считает, что у каждого россиянина обязательно должен быть паспорт метаболического здоровья. И тем, у кого будут диагностированы первые изменения (то есть доклиническая стадия метаболического синдрома), требуются мероприятия по модификации образа жизни. Мощнейшим ресурсом для реализации таких мероприятий, считает эксперт, должно стать санаторно-курортное лечение. Например, по инициативе медика в российских санаториях уже открылись кабинеты по борьбе с сахарным диабетом. Нужны и учебные программы в вузах для врачей, направленные на управление метаболическим здоровьем, считает профессор Аметов.
Директор Института материнства и детства, зав. кафедрой госпитальной педиатрии РНИМУ имени Н.И.Пирогова, профессор Лидия Ильенко предлагает активнее использовать потенциал российских санаториев в реабилитации пациентов с метаболическим синдромом и считает необходимым расширять программы санаторно-курортных учреждений страны для таких пациентов. По словам профессора Ильенко, сегодня каждый четвертый пациент российских здравниц имеет метаболический синдром.
Как рассказал глава Центрального совета по туризму и отдыху, профессор Виктор Пугиев, научные разработки российских ученых в области реабилитации метаболического синдрома сегодня широко внедряются в санаторно-курортных учреждениях страны. «Санатории стали мощной научной базой российских университетов, они превратились в круглогодичные центры восстановительной медицины, хорошо оснащенные лечебно-диагностические организации, и востребованы российским здравоохранением. Любые новые знания в области терапии метаболического синдрома надо максимально использовать до лечения наших больных, а курортная отрасль становится частью российской науки». Виктор Пугиев напомнил, что иногда новые разработки российских ученых впервые внедряются именно в санаториях. Например, в период пандемии ковида в подмосковных санаториях первыми начали использовать терапию медицинскими газами, которые потом появились повсюду. А в санаториях Сочи впервые стали применять водородные ванны для терапии пациентов с сахарным диабетом и метаболическим синдромом. «Нас трудно обвинить в том, что наука сидит в кабинетах. Наши ученые всегда реагируют на веяние времени. Врач, который занимается санаторным делом, — это человек широких суждений, ему требуется большой багаж знаний. К сожалению, сегодня санаторно-курортного лечения почти нет в учебных планах, но планы стали пересматриваться. В ближайшее время мы планируем создать специальную кафедру для обучения врачей санаторного профиля в Пироговском университете», — рассказала Лидия Ильенко.
Профессор Ильенко также считает, что нужно менять маршрутизацию российских пациентов: после стационарного лечения должен быть этап реабилитации, а потом — санаторно-курортное восстановление. Тем более что каждому пациенту можно подобрать подходящий курорт: бальнеологический, климатический, смешанный и пр.
«Проблема метаболического синдрома — очень острая и актуальная. И многие из таких пациентов сегодня могут получить помощь и восстановительное лечение в санаториях страны — Кисловодске, Сочи, Подмосковье. Сюда сегодня направляют пациентов на долечивание, а российские медицинские университеты очень активно используют санатории как свои клинические базы. Новые методики и технологии помогают людям выздоравливать быстрее и эффективнее», — заявил известный врач, академик РАН, профессор, заведующий кафедрой госпитальной терапии ПФ ФГАОУ ВО РНИМУ им. Н.И.Пирогова Минздрава России Александр Чучалин.
Метаболическое нездоровье — вещь потенциально обратимая, напоминает профессор Аметов, однако, увы, никто сегодня не скажет, с какой скоростью будет развиваться синдром у того или иного человека. Поэтому — чем раньше начать профилактические мероприятия, тем больше шансов на успех.
Основной основ должна стать физическая активность: самое простое — проходить пресловутые 10 тысяч шагов в день, начиная с 22-летнего возраста. Или просто завести собаку и выгуливать ее 2 раза в день. Еще один важный момент — питание. Ограничение быстрых углеводов в рационе, соли, простых сахаров, продуктов промышленного приготовления, трансжиров также помогут обратить зарождающийся метаболический синдром вспять. «И важен состав тела — не только количество жира в нем, но и количество мышц. К сожалению, новые препараты от ожирения уменьшают и мышечную ткань, и пока никто не знает, что с этим делать. И что делать, если вы прекратили их употреблять, как убеждать человека поддерживать вес другими способами? Как сформировать новую метаболическую память взамен старой отрицательной, с которой он жил раньше? Надо управлять не только весом, но и всем метаболическим здоровьем — а это и артериальное давление, и липидный профиль, и уровень глюкозы», — говорит профессор Аметов.
Медики также добавляют, что все профилактические мероприятия по поддержанию физической активности и правильному питанию должны быть, конечно, регулярными. Иначе они просто не помогут.