Как мозг реагирует на октябрь: если вам сейчас грустно — не ругайте себя
Вместе с листопадом резко падает настроение, и так и хочется включить тихую музыку, завернуться в плед, зажечь свечу и ничего не делать… В соцсетях этот период называют временем уютной эстетики и грустных трендов.
Осенняя хандра была, есть и будет всегда. Сентябрь еще радует нас теплом, яркими красками и относительно длинным днем. А вот в октябре биология хандры проявляется во всей красе: когда световой день стремительно сокращается, наш мозг включает режим «энергосбережения» и проявляет, как лакмусовую бумажку, осеннюю тревогу.
Солнечный свет помогает нам удерживать гормон счастья в активном состоянии, а как только серотонин уменьшается до критического минимума, настроение портится. Из-за практически постоянных сумерек в мозге вырабатывается в больших количествах мелатонин (гормон сна), который провоцирует вечную дневную сонливость, вялость и нежелание вылезать из постели. Врачи говорят, что появляющийся довольно часто осенью сбой внутренних биологических часов заставляет надпочечники выбрасывать больше гормона стресса (кортизола), и именно он включает беспричинное чувство тревоги посреди дождливого дня.
На самом деле то, что мы сегодня лечим у психотерапевтов, заедаем вкусными пироженками и запиваем тыквенным латте, человечество осмысляло веками.
Слово «меланхолия» буквально переводится как «черная желчь», и врачи Древнего мира верили, что, когда селезенка вырабатывает ее слишком много, человек погружается в уныние. В трактате «Проблемы», который приписывают Аристотелю, впервые прозвучала культовая мысль: «Почему все выдающиеся люди были меланхоликами?» Черная желчь сравнивалась с вином: когда она разогревается летом, то человек гениален и творит; но вот когда она осенью остывает, нас накрывают тяжелый страх и тоска.
Благодаря Аристотелю «черная грусть» на века стала главным признаком «ученых мужей», писателей, художников и композиторов.
В 1621 году ученый и драматург Роберт Бертон, сам страдавший от депрессии, написал «Антологию меланхолии», в которой предложил комплексную систему лечения, разделяя методы на бытовые, психологические и медицинские. Главный совет звучит просто: «Не будьте одинокими, не будьте праздными». По Бертону, именно неправильный образ жизни и является ключевой причиной избытка «черной желчи», поэтому надо есть легкую пищу, не увлекаться спиртным, много гулять и заниматься физическими упражнениями. Важно нагружать и тело, и ум одновременно, потому что перекос в одну из сторон (например, чрезмерная учеба) только усугублял тоску.
Бертон понимал, что меланхолию нельзя вылечить лекарствами — страдает душа. И человеку жизненно необходимо выговариваться близкому другу, то есть не держать «яд» в себе и избавляться от него. Философ настаивал на необходимости вести борьбу со страстями: меланхолику рекомендовалось вести беседы о развенчании ложных страхов, прежде всего ревности и безответной любви. Страсть, по убеждению Бертона, доводит человека до крайнего истощения и безумия.
Особенно опасна безответная любовь, симптомами которой философ считал бледность, бессонницу, постоянные вздохи, отказ от еды, заброшенность дел, уход в себя и идеализацию объекта обожания. Высшая точка любовных мучений — ревность, «самый яростный и жестокий вид душевных треволнений». Она рождается из эгоизма, страха потери и неуверенности, разрушая покой как самого ревнивца, так и его окружения.
Для избавления от любовной (как, впрочем, и осенней) меланхолии есть масса средств — от банальной занятости трудом и физических нагрузок до радикального «разоблачения» (когда больному указывают на физические недостатки и пороки объекта его страсти), а также путешествий и встреч с новыми людьми.
При этом викарий — а Бертон был рукоположен — призывал и к развлечениям: красивая музыка, театральные спектакли и чтение легких книг признавались им официальным лекарством для успокоения ума и «смягчения» душевных волнений. Если же все психотерапевтические методы не помогали, то в ход шла суровая медицина того времени, направленная на очищение организма от «сгоревших соков», то есть слабительные, рвотные средства и кровопускание.
Меланхолия действительно всегда нападала на творческих людей, а в XIX веке медицинский диагноз «депрессия» окончательно стал модой, когда Джордж Байрон ввел в тренд сплин (мировую скорбь). Грустить, разочаровываться в жизни и чувствовать себя чужим в обществе стало признаком высокого интеллекта и тонкой душевной организации. В русской культуре эту осеннюю хандру идеально описал Александр Пушкин в «Евгении Онегине».
В XXI веке зумеры (поколение Z) превратили трагическое отчаяние прошлых веков в красивый визуальный контент. Сегодня никто не хочет страдать просто так — депрессивные эпизоды упаковывают в эстетичные короткие видео с соответствующими хештегами. Мягкий бежевый фильтр, капли дождя на стекле, яркие листья клена в вазе на столике, чашка чая и меланхоличный трек как фон — и вот уже экзистенциальный кризис становится частью личного бренда.
Современное поколение лично мне нравится своей непредсказуемостью и бесконечными фантазиями. Например, сейчас у зуммеров в моде походы за грибами и закрутка солений, которые стали проявлением двух эстетик: романтизации деревенской жизни (cottagecore) и стиля «утонченной бабушки» (grandmacore).
Зумеры с юмором переосмыслили типичные хобби старшего поколения, превратив их в главную терапию против выгорания и осенней хандры. То, что раньше считалось исключительно развлечением для выходных с дедушкой и бабушкой на даче, теперь стало главным трендом осени этого года в соцсетях.
При этом зумеры не ходят в лес в старых дачных куртках. Поход за грибами — это повод выгулять аутфит: резиновые сапоги дорогих брендов, оверсайз-свитеры крупной вязки, крутые куртки или дождевики и вельветовые панамы или модные платки.
Блогеры сравнивают поиск грибов с компьютерным квестом, где каждый найденный белый или красноголовик — редкий лут (трофей). Так появился термин «грибной дофамин».
А вот закрутка солений стала «маринованным антистрессом». Зумеры устраивают домашние посиделки, на которых закручивают банки, запустив тренд на вечеринки с солеными огурцами (pickle parties). Они молодцы — просто закатывать огурцы и помидоры им скучно, поэтому в дело идут разные фишки: банки подписываются каллиграфическим почерком, вместо обычных этикеток типа «огурцы маринованные, 2026 год» клеятся мемы, а крышки декорируются красивой бумагой и обвязываются ленточками. В результате весь процесс превращается в создание арт-объекта.
Видео в стиле «мне 20 лет, но мой ментальный возраст — 75», где молодые люди с гордостью показывают полки, заставленные банками, набирают сотни тысяч лайков и комментариев вроде «кажется, мы официально постарели, и это прекрасно».
Новая мода очень трогательна, мила и забавна. И главное — она действительно работает! Для поколения, которое, как считается, проводит 24/7 в смартфонах, физический труд на природе или на кухне стал лучшей психологической разгрузкой. Поход за грибами тренирует фокус внимания (надо смотреть под ноги, а не в экран), а закатывание банок дает осязаемый, понятный и полезный результат, который будет очень актуален и вкусен зимой.
А что же говорит доказательная медицина? Сезонное аффективное расстройство (САР) — это официальный медицинский термин, и вот его сухая статистика: клинической формой осенне-зимней депрессии страдает около 5% взрослых людей, а в легкой форме ее испытывает каждую осень от 10% до 20% населения мира. Женщины сталкиваются с этой проблемой в 4 раза чаще мужчин, а первый пик хандры обычно случается в возрасте от 18 до 30 лет.
В современном мире хандра провоцируется и поддерживается еще и коммерцией, в частности, настроенными алгоритмами соцсетей, которые зарабатывают на времени, которое мы проводим в виртуальной реальности. Контент, вызывающий сильные эмоции — тревогу, грусть или жалость, — удерживает внимание пользователей гораздо лучше.
И осенью, когда мы начинаем грустить из-за нехватки серотонина и невольно чуть дольше задерживаем взгляд на «грустном» видео, коварный алгоритм тут как тут и ставит галочку, а система начинает лавинообразно подсовывать нам похожие ролики. Так создается цифровой «эхо-пузырь» хандры.
Давайте помнить, что осенняя тревога — это удивительный микс из нашей физиологии, культурных привычек и современных интернет-технологий. Так что если вам сейчас грустно — не ругайте себя. Это просто мозг реагирует на октябрь, а алгоритмы соцсетей пытаются на этом заработать. Попробуйте включить свет поярче, а лучше — идите на прогулку и, как советовал Бертон, не оставайтесь в одиночестве. Но главное, не бойтесь самых неожиданных предложений, ищите приключения на свою голову (но только веселые) и почаще смотрите на молодых, которым уж точно не откажешь в креативе!