НовостиПрофессияТренды

Сталин, Пронин и мука: бытовые решения, спасшие боевой дух Москвы

«Мы за ценой не постоим»: как Москва выстояла осенью 1941 года

Во все времена и во всех войнах захват столицы считался победой одной их воюющих сторон. Торжественным маршем проходили победители по улицам и площадям покоренной страны, демонстрируя свое превосходство. Так и было в апреле 1945 года, когда Красная армия после ожесточенного штурма входила в Берлин. Но этого могло и не быть, если бы осенью 1941 года Вермахт вошел в Москву. Пожалуй, это был самый драматический период Великой Отечественной войны. Решалась судьба не только одного, пусть и самого большого города Советского Союза. Решалась судьба страны.

Сталин, Пронин и мука: бытовые решения, спасшие боевой дух Москвы

О том, что Москва является важнейшим, стратегическим центром СССР понимал и враг. К атакам на свой город готовились и московские руководители. Председатель исполкома Моссовета в те годы Василий Пронин позже вспоминал: «21 июня 1941 г. в десятом часу вечера нас с секретарем Московского комитета партии Щербаковым вызвали в Кремль. Едва мы присели, как, обращаясь к нам, Сталин сказал: «По данным разведки и перебежчиков, немецкие войска намереваются сегодня ночью напасть на наши границы. Видимо, начинается война. Все ли у вас готово в городской противовоздушной обороне? Доложите!». Около 3 часов ночи нас отпустили. Минут через двадцать мы подъехали к дому. У ворот нас ждали. «Звонили из ЦК партии, — сообщил встречающий, — и поручили передать: война началась и необходимо быть на месте».

Очень скоро, всего через несколько месяцев Москва превратилась в прифронтовой город со всеми вытекающими последствиями. Москвичи хорошо понимали, что судьба столицы зависит от каждого из них. Совсем еще молодым человеком, в 34 года столицу возглавил Василий Пронин и был на этой должности почти до конца войны. Те, кто работал с ним в эти непростые годы отмечают его работоспособность, мужество, личные деловые качества. Историк Елена Сенявская говорит, что выступление по радио Пронина помогло в значительной степени предотвратить пораженческие настроения осенью 1941 года. На следующий день после его выступления и предпринятых властями мер город заметно изменился, на улицах появились милицейские и военные патрули, заработали даже такси. Мало кто сегодня вспоминает, но была и такая ситуация, когда Пронин мог лишиться не только должности, но и жизни за принятое им решение. В октябре 1941 года, когда враг из биноклей уже мог разглядеть столицу, Пронин дал указание раздать работающим москвичам двойную норму зарплаты. Помимо этого, им дважды отоварили продуктовые карточки и выдали по паре пудов муки. Скажем прямо, случай беспрецедентный и не случайно председателя Моссовета «взял на карандаш» Лаврентий Берия. Как выяснилось Пронину позвонил член Госкомитета обороны Анастас Микоян и проинформировал, что мука продукт крайне горючий, если в элеватор попадет бомба-зажигалка, то может полыхать не одну неделю. Тогда и было принято это непростое решение. Разборки вокруг муки дошли до Сталина, который и поддержал московского градоначальника.

Хочется рассказать и о партийном руководителе Москвы военных лет – Александре Щербакове. Руководитель Московского горкома партии Александр Щербаков возглавил в годы войны вдобавок к основной должности еще и Главное политическое управление РККА, Совинформбюро и отдел международной информации ЦК, и в целом отвечал за идеологию. Это был широко образованный человек, который к тому же с середины 1930-х годов руководил Союзом писателей.

Именно при Щербакове стали активно использовать радио в интересах пропаганды. Мало кому известно, но наши радиопередатчики «вклинивались» в частоты немецких радиостанций и вели передачи в интересах нашей страны. Работы по секретной инженерии и телефонии описывал Солженицын в романе «В круге первом». Геббельса эта успешная работа приводила в бешенство. Тот же Левитан читал ежедневно тексты, подготовленные при участии Щербакова. Маршал Александр Василевский в своих мемуарах указывал, что доверие к Щербакову у Сталина было абсолютным и материалы, подготовленные или завизированные им, Верховный Главнокомандующий подписывал без задержки. 

Записные книжки Щербакова, воспоминания о нем Хрущева, Кагановича, Молотова, других политиков и военачальников свидетельствуют – именно Щербаков был в тот период главным идеологом страны. После его смерти в 1945 году этим стал заниматься Андрей Жданов, и уже поднималась звезда Суслова. Несомненно, Щербаков считался одним из возможных преемников вождя.

В последние годы появилось немало публикаций о так называемой панике в Москве в октябре 1941 года. Если верить некоторым авторам, весь город в один день снялся с места как цыганский табор и пытался спастись бегством. Напомним, что 15 октября 1941 года Государственный комитет обороны СССР принял секретное постановление за №801 «Об эвакуации столицы СССР Москвы». Здесь был и пункт об отъезде из столицы советского руководства во главе со Сталиным. В столице на тот период активно работали немецкие диверсионные группы, которые вели и пропагандистскую работу. На каком-то этапе поддались панике некоторые начальники среднего и мелкого уровня. Последней каплей стало закрытие утром 16 октября метро – впервые и единственный раз за его историю.  Писатель Константин Симонов писал о событиях тех дней: «В самой Москве было достаточно людей, делавших все, что было в их силах, чтобы не сдать ее. Именно поэтому она и не была сдана. Но положение на фронте под Москвой и, казалось складывалось самым роковым образом за всю войну, и многие в Москве в тот день были в отчаянии готовы поверить, что завтра в нее войдут немцы. Как всегда, в такие трагические минуты, твердая вера и незаметная работа первых еще не была для всех очевидна, еще только обещала принести свои плоды, а растерянность, и горе, и ужас, и отчаяние вторых били в глаза». 

Гибельность такой паники первым понял Сталин. Утром 16 октября, проезжая привычным маршрутом от ближней дачи в Кремль, он увидел потрясшую его картину мародерства и безвластия. Телохранитель Сталина, Анатолий Рыбин, сопровождавший его в этой поездке, вспоминал: «Сталин видел, как люди тащили мешки с мукой, вязанки колбасы, окорока, ящики макарон и лапши. Не выдержав, он велел остановиться. Вокруг быстро собралась толпа. Некоторые начали хлопать, а смелые спрашивали: «Когда же, товарищ Сталин, остановим врага?». «Придет время – прогоним», — твердо сказал он и никого не упрекнул в растаскивании государственного добра». В эти дни советская пропаганда нередко вспоминала известные слова Михаила Кутузова: «С потерей Москвы не потеряна Россия, но когда потеряна армия — то потеряны и Москва, и Россия». Советское руководство готовилось к ситуации, когда Москва могла быть сдана. В Куйбышев (Самару) были отправлены большинство правительственных учреждений, посольства зарубежных стран, даже Генеральный штаб. Существуют легенды, что якобы поезд под парами стоял на одном из московских вокзалов и Сталин целый час в одиночестве бродил по пустынному перрону, а затем вернулся в Кремль. Никаких доказательств этому нет. Историческим фактом является то, что из Москвы он не уехал, проявив не только личное мужество, но и прозорливость. Личный пример руководителя страны, не покинувшего столицу в критический момент, разумеется, сыграл огромную мобилизующую роль. Главный маршал авиации Евгений Голованов, часто общавшийся со Сталиным в годы войны, в беседе с писателем Феликсом Чуевым вспоминает один показательный эпизод того времени: «В октябре 1941 года, в один из самых напряженных дней московской обороны, в Ставке обсуждалось применение 81-й авиационной дивизии, которой командовал Голованов. Неожиданно раздался телефонный звонок. Сталин не торопясь подошел к аппарату. При разговоре он никогда не прикладывал трубку к уху, а держал ее на расстоянии – громкость была такая, что находившийся неподалеку человек слышал все. Звонил корпусной комиссар Степанов, член Военного Совета ВВС. Он доложил, что находится в Перхушкове, немного западнее Москвы, в штабе Западного фронта.

— Как там у вас дела? — спросил Сталин.

-Командование обеспокоено тем, что штаб фронта находится очень близко от переднего края обороны. Нужно его вынести на восток, за Москву, примерно в район Арзамаса. А командный пункт организовать на восточной окраине Москвы.

Воцарилось довольно долгое молчание.

-Товарищ Степанов, спросите в штабе, лопаты у них есть? — не повышая голоса, сказал Сталин.

-Сейчас. — И снова молчание.

-А какие лопаты, товарищ Сталин?

-Все равно какие.

-Сейчас… Лопаты есть, товарищ Сталин.

-Передайте товарищам, пусть берут лопаты и копают себе могилы. Штаб фронта останется в Перхушкове, а я останусь в Москве. До свидания. – Он произнес все это спокойно, не повышая голоса, без тени раздражения и не спеша положил трубку. Не спросил даже, кто именно ставит такие вопросы, хотя сам Степанов звонить Сталину не стал бы.

А Верховный продолжил разговор с Головановым о его дивизии…».

Панику в городе удалось предотвратить, и москвичи продолжали трудиться. Удивительно, но Новый 1942 год встречали с надеждами, активно раскупали елки, которые умудрились продавать в городе. Однако тогда же, в ноябре 1941 года было принято секретное решение Государственного комитета обороны о строительстве специальных убежищ для руководителей государства. Почему-то их сейчас называют «бункерами Сталина». На самом деле, планировалось, что в них будет работать правительство, Генеральный штаб и другие важные для обороноспособности страны структуры. Такие бункеры сооружались в семи городах: Казани, Ульяновске, Ярославле, Горьком, Куйбышеве, Саратове, Сталинграде. В настоящее время открыт для посетителей в виде музея один такой бункер – в Самаре. Про судьбу остальных неизвестно, но по качеству самарского убежища понятно, что все эти сооружения в полной мере могут быть полезными и сегодня. 

На случай вынужденного отступления от столицы предпринимались и стратегические военные меры. В октябре 1941 года Ставка Верховного Главнокомандования приступила к созданию стратегического рубежа обороны далеко к востоку от Москвы. Этот рубеж проходил по линии Вытегра-Череповец-Рыбинск-Ярославль-Горький-Пенза-Саратов-Сталинград. На этих рубежах планировали сформировать десять резервных армий в случае поражения под Москвой, Ленинградом и на Украине.

Несмотря на поражения первых месяцев, которые терпели наши войска, с каждым днем сопротивление нарастало. И все же первым бастионом на пути бронированных армад Вермахта стала Москва. Иногда в разговорах, да и у некоторых историков звучат слова «Битва под Москвой». По смыслу это верно. Действительно, важнейшее сражение Второй мировой войны разворачивалось в Московской и прилегающих областях. Но если брать историческое значение этого сражения для судеб страны – это была битва за Москву, за наше будущее, за победу. Тяжелые оборонительные бои под Москвой начались в конце сентября 1941 года. К тому времени враг захватил немалую часть нашей земли, в том числе, стратегически важные территории. Отступать было нельзя. Поэтому сражались не только мужественно, но и отчаянно, не считаясь с потерями и превосходством врага в живой силе и технике. Слова из знаменитой песни Булата Окуджавы «Мы за ценой не постоим» очень подходят к этим дням, к тому как москвичи стояли насмерть на рубежах столицы.

В перестроечные годы в стране стали появляться «исторические» публикации, как правило, написанные любителями, людьми далекими от исторической науки, но изо всех сил стремящихся по-своему изложить наше непростое прошлое. Подвиг 28 героев-панфиловцев объявили выдуманным, генерала Власова, изменившего присяге, назвали «спасителем Москвы», а Зою Космодемьянскую признали душевнобольной. На последней грязной и мутной истории стоит остановиться подробнее. В истории с Зоей есть многократно проверенные исторические факты, которые никто не смог опровергнуть. Отправленная в составе диверсионной группы за линии фронта, она была схвачена в деревне Петрищево. Каяться перед нацистами и выдавать своих товарищей совсем еще молодая девушка не стала, несмотря на пытки. Ее демонстративно и публично повесили, запретив хоронить. И вот прошло много лет, когда в 2016 году карикатурист, некий Бильжо к годовщине битвы под Москвой сообщил, что в детские годы Зоя Космодемьянская наблюдалась у психиатра и ее так называемый «подвиг» всего лишь следствие тяжелой болезни. При этом ни одного достоверного документа о так называемой «болезни» предъявлено не было. Ни одного! Сам Бильжо называет себя психиатром и даже имеет соответствующее образование. Кому, как не врачу, даже если он стал карикатуристом, не знать о строгих правилах медицинской этики, особенно если это касается чувствительных областей врачевания. Вряд ли ему самому было приятно, если в печати появились его диагнозы, к примеру, старческого слабоумия. Бильжо человек успешный и богатый, владелец нескольких ресторанов. Он любит поговорить о хорошей еде, отдыхе, друзьях. Публикуя измышления и сплетни о жизни Зои, он не мог не знать, что ее тело месяц висело в петле. Нацисты регулярно над ним издевались, истыкали ножами, отрезали грудь. Каким же надо быть человеком, если человек может быть таким, чтобы забыть об этом, ради минутной популярности в сетях. 

Генерал Андрей Власов не один виноват в гибели 2-й ударной армии. Но он командовал этими войсками и несет ответственность за своих солдат. Но самое главное, «спаситель Москвы» изменил присяге, добровольно пошел на службу Гитлеру и был повешен по приговору суда. Все это не помешало одному известному в прошлом хозяйственному деятелю объявить несколько лет назад генерал-предателя предвестником демократических преобразований в России и выступить с предложением установить ему памятник в Москве. На протяжении многих лет санкт-петербургский историк Кирилл Александров выступает апологетом генерала, изменившего присяге. Десятки публикаций, книги, выступления на конференциях, даже попытка защитить докторскую диссертацию – все было посвящено одному: представить Власова не предателем, а «освободителем».

Столицу защищали настоящие патриоты. Среди них были не только москвичи. Работая над этой темой в архивах, я нашел поразивший меня факт. В самые трудные, драматичные дни столицу защищали переброшенные сюда сибирские и дальневосточные дивизии. В основном они состояли из молодых людей, чьи семьи были раскулачены в 1920-1930 годы и высланы в Сибирь. В трудный для Родины момент они забыли о своих понятных обидах, доблестно сражались и гибли за город, в котором никогда не были. Советский кинорежиссер Юрий Озеров снял в 1985 году фильм «Битва за Москву». Главной особенностью этой впечатляющей киноленты-эпопеи стало строгое следование канве истории. В фильме нет ни одного вымышленного персонажа, все герои фильма – реально существовавшие личности с конкретными биографиями. Да и сам сценарий с документальной точностью передает ключевые события того времени. Есть в этом фильме эпизод, который особенно трогает душу. В наскоро выкопанных окопах небольшая группа совсем еще молодых, необученных и необстрелянных бойцов-подольских курсантов готовится встретить врага. Ситуация была настолько критической, что в бой бросали даже едва обученных курсантов военных училищ. Режиссер очень точно поймал психологическое состояние молодых бойцов, которые неожиданно увидели неспешно выползающие из-за опушки леса танки с крестами и сотни немецких солдат с автоматами. Никто из этих молодых людей не дрогнул, не побежал. Они погибли, исполнив свой долг и таких случаев было много. Иначе, мы бы не победили.

5 декабря 1941 года Красная армия перешла в наступление, и гитлеровцы были отброшены от Москвы на 150-300 километров. Именно под Москвой получили закалку и стали всенародно признанными героями такие выдающиеся советские военачальники как маршалы Георгий Жуков, Константин Рокоссовский, Иван Конев, Андрей Еременко.

… Каждый год 3 декабря мы отмечаем День Неизвестного Солдата. Этот праздник учрежден в 2014 году указом президента Владимира Путина. Но события, связанные с этой датой, берут свое начало с 1966 года. В этот день у стен Московского Кремля был торжественно предан земле прах неизвестного советского воина, который погиб под Москвой в Великую Отечественную войну. Любая война, к сожалению, несет не только подвиги и заслуженные награды героям. Тысячи и больше героев остаются безымянными, а останки некоторых из них не удается найти и достойно предать земле. Таковы суровые законы военных действий. В нашей стране первый мемориал памяти неизвестных героев появился 7 ноября 1919 года на Марсовом поле в Петрограде. Так увековечили память жертв Февральской и Октябрьской революций 1917 года, а также Гражданской войны. Сегодня во всем мире более сорока монументов Неизвестному солдату, очень много и более скромных вечных огней. Идея такого памятника принадлежит руководству страны и таким образом хотели увековечить память героев в честь 25-летия разгрома немецко-фашистских войск под Москвой. Останки неизвестного солдата были эксгумированы из братской могилы у бывшей железнодорожной станции Крюково. Именно здесь в декабре 1941 года шли ожесточенные бои, здесь и погибли 12 советских солдат, личности которых установить не удалось. Могилу обнаружили местные школьники. Один из погибших – неизвестный рядовой и был перезахоронен у стен Кремля. Останки бойца поместили в гроб с символом солдатского ордена Славы – черно-оранжевой лентой.  На крышке гроба установили каску образца 1941 года. Утром 3 декабря гроб установили на артиллерийском лафете (так хоронят только высших военачальников) при соблюдении всех воинских почестей и доставили в Москву по Ленинградскому шоссе в составе траурной процессии. Погребение у стен Кремля прошло под грохот артиллерийского салюта. На гранитной плите рядом с Вечным огнем начертаны следующие слова:

Имя твое неизвестно

Подвиг твой бессмертен

Автор этой волнующей эпитафии Сергей Михалков.

Этот мемориал и сегодня является священным местом для москвичей, гостей столицы. Можно сказать, что это самый выдающийся военный памятник в России. Не очень большой по размерам, он несет в себе сильнейший эмоциональный заряд. К нему приходят и возлагают цветы тысячи людей. С горечью и с уважением об этой памяти написал Владимир Высоцкий:

На братских могилах не ставят крестов,
И вдовы на них не рыдают,
К ним кто-то приносит букеты цветов,
И Вечный огонь зажигают.
Здесь раньше вставала земля на дыбы,
А нынче – гранитные плиты.
Здесь нет ни одной персональной судьбы-
Все судьбы в единую слиты.
А в Вечном огне виден вспыхнувший танк, 
Горящие русские хаты, 
Горящий Смоленск и горящий рейхстаг.
Горящее сердце солдата.
У братских могил нет заплаканных вдов-
Сюда ходят люди покрепче
На братских могилах не ставят крестов,
Но разве от этого легче?…

Источник

Добавить комментарий

Кнопка «Наверх»