Россияне рассказали, почему массово выбирают работу не по специальности
Если вы окончили институт, начали работать по специальности, а спустя несколько лет поняли, что хотите заниматься чем-то совсем иным, и сменили профессию, не переживайте. Для российского рынка труда это весьма распространенное явление. Почти половина россиян сегодня работает не по специальности, согласно данным различных опросов, причем как государственных структур, так и платформ по найму персонала. Как выглядит жизнь тех, кто сменил профессию, забросив свой первый диплом об образовании, и стоит ли переживать, если карьера пошла не по плану, — в материале «МК».
«В сварке все как в математике»
Петру из Новороссийска 32 года. Молодой человек до недавнего времени работал учителем математики в одной из школ родного города. Но не так давно он сменил строгий костюм и мел на спецовку и маску сварщика. Теперь его рабочее место — не классная комната, а производственный цех, а результат труда измеряется не в баллах ЕГЭ, а в миллиметрах идеального шва.
Решение нашему герою далось непросто, ведь математика была его страстью. Но суровая финансовая реальность перевесила любовь к педагогике. «Я обожаю детей и свой предмет, — рассказывает мужчина. — Но в какой-то момент математика перестала сходиться в моем собственном кошельке. Моя ставка учителя с классным руководством составляла 50 000 рублей в месяц. После оплаты ЖКХ и покупки базовых продуктов оставались слезы. Когда в очередной раз сломалась стиральная машина, а денег на ремонт не было, я понял: пора брать в руки другой инструмент».
Выбор новой профессии — сварщика — был прагматичным. Петр проанализировал рынок труда в своем регионе: офисные работники и бюджетники сейчас в избытке, а вот квалифицированных рабочих рук днем с огнем не сыскать. Заводы и строительные компании буквально кричат о кадровом голоде. Он записался на государственные курсы переподготовки при местном колледже. Днем учил школьников теореме Пифагора, а по вечерам варил металл.
Отучившись, наш герой получил третий разряд, а спустя полгода практики поднял его до четвертого. «Сначала было страшно, — признается Петр. — После 9 лет объяснения теорем и уравнений стоять у раскаленного металла — это огромный стресс. Но потом меня осенило: здесь все как в математике. Есть четкие алгоритмы, законы физики, геометрия шва. Если ты знаешь формулу и соблюдаешь технологию, то результат будет безупречным. Только за этот труд платят совсем по-другому».
Контраст между доходами педагога и сварщика оказался разительным. Зарплата нашего героя на заводе стартует от 100 000 рублей в месяц. На вахте или при выполнении частных заказов эта сумма вырастает до 150 000–180 000 рублей. Кроме того, изменился и уровень стресса. «В школе на мне висела колоссальная ответственность за состояние детей, за результаты экзаменов, за проверку заданий, за заполнение отчетов… А здесь я отвечаю только за себя: отработал смену, сдал деталь мастеру — и голова свободна», — отмечает бывший педагог.
Нынешняя заработная плата нашего героя полностью устраивает. Да и текущие расходы не так сильно теперь отражаются на его кошельке. Петр даже успел свозить своих родителей на море за границу. По его словам, он теперь питается качественными продуктами, начал ходить в спортзал. На все это он в месяц тратит около 40 000 рублей. И еще — открыл в одном из банков вклад и теперь каждый месяц с зарплаты откладывает по 15 000 рублей. «Знаете, что самое приятное сейчас?! Это не только цифры в зарплатной ведомости. Это чувство, что я больше не «обслуживающий персонал». В школе ты всегда должен улыбаться, даже если тебя оскорбляют. А на заводе меня оценивают по результатам моей работы», — подытожил мужчина.
«Мой путь — это не спринт, а марафон»
Другая наша героиня, 35-летняя Алина, еще год назад знала наизусть латинские названия препаратов и могла проконсультировать любого покупателя в аптеке родного Кирова. Сегодня девушка — младший инженер в крупной IT-компании.
Когда Алина решилась на резкую перемену, многие знакомые спрашивали ее: «Зачем?! У тебя стабильная работа, соцпакет, график удобный». На что девушка довольно четко отвечает: «Давайте будем честными. Работа фармацевтом в регионе — это 12-часовые смены на ногах, постоянный стресс из-за планов продаж, которые спускает руководство, и бесконечные конфликты с покупателями, которые считают, что ты лично виновата в росте цен на лекарства».
В какой-то момент Алина поймала себя на мысли, что приходит домой и просто смотрит в стену. У нее не было сил даже на хобби. «Я поняла, что мой потолок зарплаты — 45 000 рублей, и чтобы заработать больше, нужно брать дополнительные смены, которых у меня и так было по 15–17 в месяц. Я просто выгорела дотла», — вспоминает кировчанка.
После недолгих раздумий наша героиня приняла решение уволиться и кардинально поменять сферу деятельности. На обучение и жизнь без работы у нее ушло около 250 000 рублей (курсы, подписка на профильные ресурсы, оплата Интернета и базовые расходы).
«Учиться в возрасте за 30 лет — это не то же самое, что в 18. Мозг сопротивляется, память подводит, а когда ты приходишь домой после смены, где тебя отчитали за «неправильный чек», хочется только отдыхать и отсыпаться. Самым сложным было поверить, что я, человек из «аналогового» мира, смогу разобраться в базах данных и тестировании. Помню, как рыдала над первой написанной задачей, потому что она выдавала ошибку. Но когда код наконец «зазеленел», это было круче, чем любая премия на старой работе», — делится Алина.
Когда девушка впервые открыла Jira (платформа для управления проектами, задачами и процессами в командах. — «МК»), ей показалось, что она читает на инопланетном языке. «Помню, как на первом собеседовании меня спросили про жизненный цикл бага. Я знала теорию, но когда меня попросили описать реальный кейс из практики, я просто «поплыла». Сидела перед монитором, потела, и мне казалось, что выгляжу как самозванка, которая случайно забрела на чужой праздник жизни. После того звонка я закрыла ноутбук и два часа просто молчала, глядя в окно. Было обидно, что мои знания фармакологии, которые я копила годами, здесь никому не нужны». Но именно этот провал стал для девушки точкой роста. Алина поняла, что нужно не просто зубрить теорию, а «щупать» все руками. И она начала тестировать все, что попадалось под руку, — от сайтов местных доставок еды до приложений для учета личных финансов. И буквально «ломала» их, чтобы понять, как они устроены изнутри.
Каков результат? На новой работе доход нашей героини вырос почти в 2,5 раза по сравнению с аптекой. Она закрыла висевший годами кредит за 4 месяца работы. По ее словам, больше не стоит на ногах по 12 часов, есть время на спорт и нормальный сон. Но дело даже не в деньгах. Главное, по ее словам, это свобода. Девушка работает удаленно, может планировать свой день и, что самое важное, чувствует, что развивается. «В аптеке я знала, что будет через год и через пять лет. В IT не имею понятия, что будет даже через неделю. Все зависит от меня, и в этом такой драйв!» — говорит наша героиня.
Оглядываясь назад, Алина признается, что опыт в аптеке не был бесполезным. Он научил ее стрессоустойчивости, внимательности к деталям и умению работать с людьми. «Путь в IT — это не спринт, а марафон. И если вы готовы к тому, что первые полгода будут самыми сложными в вашей жизни, то у вас все получится. Главное — не сравнивать свой «старт» с чьим-то «финишем». У каждого свой темп, и ваш поезд обязательно придет, если вы будете стоять на платформе, а не сидеть дома».
«На бухгалтера пошла, потому что папа настаивал»
Жительнице Ставрополья Гаянэ 29 лет, и у нее уже есть свой собственный небольшой салон красоты. Женщина работает как стилист-визажист. Несколько лет была самозанятой — вела по найму бухгалтерию нескольких фирм. А полтора года назад решилась и открыла собственный бизнес. «Я после поступила в Ставропольский государственный техникум экономики, коммерции и права, — рассказала Гаянэ. — Отучилась на бухгалтера. Выбор пал на эту специальность, потому что папа настаивал. Он сам был бухгалтером и всегда подчеркивал, что для девочки это хорошая профессия. Я очень его люблю, ну и послушалась совета».
Училась наша героиня хорошо, но только практически сразу после школы увлеклась искусством макияжа. «Меня всегда тянуло к творчеству. Я окончила художку, пересмотрела кучу видео на тему мейкапа и сначала экспериментировала на себе, — вспоминает девушка. — Потом подружки стали просить то на свидание их накрасить, то на день рождения. Всем всегда нравилось, и фотографии получались красивее. И вот несколько лет назад я получила удививший даже меня заказ по работе на свадьбе. Помню свой первый гонорар за «образ невесты» — 3000 рублей. Сейчас смешно вспоминать, а тогда я очень волновалась. Ну а когда фотографии с той свадебной фотосессии мы просматривали с моей лучшей подругой, она и спросила, не хочу ли я попробовать этим зарабатывать. Но тогда я отбросила эту мысль».
Сразу после окончания техникума наша героиня устроилась работать по профессии в хорошее место. «Это было ставропольское отделение крупного банка, должность была низовая, типа «помощник бухгалтера», но для специалиста сразу после техникума — это был предел мечтаний. Мне тогда папины связи помогли: он всем знакомым рассказал, как я хорошо училась, и я постепенно начала вести удаленно бухгалтерию сразу нескольких фирм, — поделилась Гаянэ. — Но только долго я на этой «вожделенной» для многих работе не продержалась. Для меня сидеть целыми днями в таблицах и проверять чужие ведомости на ошибки стало сущим наказанием. А заказы на работу визажиста продолжали поступать параллельно. И вот, промучившись так полгода, я окончательно порвала с бухгалтерией и как самозанятая начала принимать заказы уже открыто. Папа не сразу принял мой выбор. Но когда увидел, что как визажист я зарабатываю больше, чем на прежней работе, успокоился».
В роли бухгалтера Гаянэ получала от 47 000 до 65 000 рублей в месяц, а после того, как стала стилистом-визажистом, стала зарабатывать по 75 000–80 000 рублей, а то и больше. Девушка пошла на дополнительные курсы по макияжу. Скоро познакомилась и с другими «мастерами красоты», и у них возникла идея открыть свой бизнес. «Появились постоянные клиенты среди обеспеченных женщин, — рассказала наша героиня, — стали завязываться интересные знакомства, и, что удивительно, появилось больше свободного времени. «Я иногда с одной свадьбы за работу около 4 часов сразу 15 000 рублей получаю, а остальное время уже только мое», — говорит Гаянэ. Ну а профессия бухгалтера ей пригодилась: именно Гаянэ уже в новом качестве разбирается со всеми ведомостями и вовремя платит все налоги.
Диплом — больше не компас
Эти истории — не исключения, а весьма частая практика для России сегодня. Современный рынок труда — это постоянная миграция, смена ролей и разрыв между дипломом и реальным рабочим местом у станка или ноутбука. Аналитики сервиса «Профи» в прошлом году выяснили, что 65% россиян работают вне своей профессии по диплому. А по данным одной из самых популярных платформ по поиску работы за 2026 год, 31% россиян определяются с профессией уже после начала карьеры. «Оценки соцопросов разнятся, но по меньшей мере половина россиян работает не по специальности. И это уже не проблема, а новая реальность рынка труда, — утверждает директор по стратегии ИК «Финам» Ярослав Кабаков. — Экономика меняется быстрее, чем образовательная система, поэтому диплом перестает быть «компасом» на всю жизнь».
«В процессе трудовой деятельности человек может сменить профессию, которая не связана с полученным образованием, — говорит доцент РЭУ им. Плеханова Людмила Иванова-Швец. — И здесь много личных причин: человек понимает, что дальнейшее карьерное продвижение уже невозможно, разочаровывается в профессии, сталкивается со снижением дохода…»
С другой стороны, потребности экономики постоянно меняются под влиянием научно-технического прогресса, цифровизации, структурных преобразований и других факторов. По этой причине подготовка кадров не всегда успевает за изменениями рынка труда, отметила ученый.
По словам профессора Финансового университета Александра Сафонова, смена вида деятельности или профессии — это нормальное экономическое явление. Оно фактически указывает на высокий уровень адаптивности соискателей рабочих мест к требованиям рынка труда. В условиях капиталистической экономики невозможно угадать успешность результата профессионального обучения, поскольку численность рабочих мест может сокращаться из-за кризисов либо реструктуризации. Ну а перспектива переобучения во многом зависит от состояния регионального рынка труда и уровня дефицита работников в конкретной отрасли. По мнению Сафонова, разрывы в структуре образования и фактической занятости будут существовать на рынке труда всегда. А уровень этого разрыва будет зависеть от состояния экономики и качества предложения по условиям труда со стороны работодателей.
«Мы полагаем, что ситуация, при которой почти половина трудоспособного населения работает не по специальности, может продолжаться еще лет 10–20, пока весь рынок труда не займет поколение зумеров, родившихся в XXI веке. Хотя возможно, что доля граждан, работающих не по специальности, в этот период постепенно будет уменьшаться, — дает свой прогноз ведущий аналитик Freedom Global Наталья Мильчакова. — В любом случае добиться идеальной гармонии, когда 100% выпускников вузов будут работать строго по диплому, невозможно». Добровольный выход работников из специальности и переобучение на новую профессию будут существовать всегда там, где есть рыночная экономика и свободный рынок труда, заключила эксперт.