Зумеры сознательно создают себе трудности, чтобы спасти мозг от атрофии
Зумеры массово возвращают в свою жизнь «аналоговые» неудобства — от кнопочных телефонов до бумажных карт и книг. Мы выяснили, почему ученые считают, что за странным трендом friction-maxxing, который означает «максимизация трения», может скрываться попытка спасти собственный мозг.
Не все удобное полезно
Еще несколько лет назад молодые люди снисходительно улыбались, глядя на поколение бабушек и дедушек, которые записывали телефоны в блокнот, покупали билеты в кассе и могли без навигатора найти нужную улицу в незнакомом городе. Казалось, цифровые технологии окончательно победили: смартфон заменил карту, ежедневник, фотоальбом, калькулятор, библиотеку и даже живого собеседника.
Но сегодня в соцсетях набирают миллионы просмотров ролики, где двадцатилетние демонстративно меняют смартфоны на кнопочные телефоны, достают с полок CD-диски, читают бумажные книги, ходят пешком вместо заказа такси и даже специально отключают мобильный интернет на несколько часов в день (речь идёт не о необходимости, а о добровольном выборе).
Для одних это выглядит очередной причудой поколения Z, для других — попыткой вырваться из цифровой зависимости.
Новый мировой тренд получил необычное название — friction-maxxing, что буквально можно перевести как «максимизация трения» или «максимизация сопротивления». Его суть проста: сознательно вернуть в повседневную жизнь небольшие неудобства, от которых технологии так старательно избавляли человека последние два десятилетия.
Сам термин появился относительно недавно. В январе 2026 года американская журналистка Кэтрин Джезер-Мортон впервые употребила его в эссе для The Cut. Она высказала неожиданную мысль: возможно, мы слишком поспешили объявить врагом все, что требует времени, терпения или небольшого усилия. Ожидание, скука, необходимость самостоятельно искать дорогу, вспоминать информацию или разговаривать с незнакомыми людьми постепенно стали восприниматься как досадные помехи, хотя еще совсем недавно были обычной частью жизни.
Идея неожиданно нашла отклик. Зумеры стали покупать пленочные фотоаппараты, намеренно убирать телефон подальше во время работы, писать заметки от руки. Общая цель у этих практик одна: перестать жить на автопилоте и вернуть себе ощущение, что решения принимаешь ты сам, а не алгоритмы.
«Сегодня в поколении зумеров рождается множество трендов – часть из них вызывает улыбку, а часть – критику. Представителям старших поколений бывает сложно понять, зачем молодежь намеренно создает себе трудности там, где уже существуют более простые решения. Именно в таких ситуациях наиболее ярко проявляется типичный поколенческий конфликт – ценности и опыт старших поколений в технологически развитом мире настолько сильно отличаются от ценностей и опыта молодежи, что повседневные практики зумеров представляются вызывающе странными», — считает вице-президент по стратегии и новому бизнесу КРОС Ксения Касьянова
По словам тренд-менеджера коммуникационного агентства Полины Воропаевой, речь вовсе не идет о войне с технологиями.
«Фрикшнмаксинг — вовсе не про то, чтобы намеренно усложнять себе жизнь. Его суть в сознательном добавлении небольшого сопротивления привычным удобствам».
Эксперт отмечает, что молодые люди не стремятся отказаться от цифрового мира — они пытаются изменить отношения с ним.
«Они просто хотят, чтобы прогресс служил человеку, а не наоборот. Поэтому пробуют жить без «усилителей вкуса»: позволяют себе по-настоящему скучать, не заглушая тишину потоком контента, увлекаются чем-то, потому что этого искренне хочется, а не потому, что так советуют блогеры, учатся новому своими силами, а не полагаются на готовые ответы ИИ. Зумеры, кажется, нащупали, где заканчивается удобство и начинается утрата самостоятельности».
Ксения Касьянова полагает, что именно здесь и проявляется парадокс нового поколения.
«Если тренировкой нейропластичности для старшего поколения является обучение использованию технологий, то для молодежи наибольшим вызовом является освоение «барьерной» и сложной для них оффлайн среды».
Именно поэтому первое поколение, выросшее в мире, где любую проблему можно решить одним нажатием на экран, первым же и почувствовало, что иногда человеку необходимо немного сопротивления — хотя бы для того, чтобы не разучиться жить осознанно.
Мозгу нужны препятствия
Если сам термин friction-maxxing появился совсем недавно, то явление, которое он описывает, ученые изучают уже больше двадцати лет. За красивым названием скрывается вполне серьезный вопрос: что происходит с человеком, когда технологии постепенно начинают думать за него?
Психологи называют этот процесс когнитивной разгрузкой (cognitive offloading). Телефон хранит номера, навигатор выбирает маршрут, поисковик мгновенно отвечает на вопросы, нейросеть пишет письма и рефераты. Человеку остается лишь нажать нужную кнопку. Это экономит время, но одновременно меняет сам способ работы мозга.
По мнению врача-терапевта, геронтолога Анны Шелобановой, именно это интуитивно почувствовали молодые люди, выросшие в цифровой среде.
«На мой взгляд, молодежь интуитивно чувствует эту когнитивную атрофию от техники. Когда мозг перестает напрягаться и переходит в режим пассивного потребления».
Врач объясняет, что человеческий мозг развивается не тогда, когда ему легко, а тогда, когда приходится преодолевать трудности.
«Между тем сложный путь заставляет мозг задействовать исполнительные функции: планирование, рабочую память и способность к решению проблем. Для мозга это аналог физической нагрузки. Если мышцы не встречают сопротивления веса, то слабеют. Точно так же и с мозгом – если нейронные связи не сталкиваются с трудностями, когнитивный резерв не формируется».
Эти выводы во многом совпадают с результатами последних исследований. Один из самых обсуждаемых экспериментов провели ученые Массачусетского технологического института (MIT Media Lab), изучив влияние ИИ на процесс написания текстов. Исследователи пришли к выводу, что при постоянной опоре на искусственный интеллект человек быстрее получает результат, но меньше вовлекается в собственное размышление.
Именно на эту работу обращает внимание тренд-менеджер коммуникационного агентства Полина Воропаева.
«Суть выводов тревожна: мы настолько привыкли полагаться на ИИ и готовые решения, что постепенно утрачиваем навык интенсивной умственной работы. А ведь сложности необходимы для эффективного обучения, так как мозгу требуются задачи, которые заставляют его трудиться».
Похожие выводы получили исследователи Carnegie Mellon University совместно со специалистами Microsoft. Они обнаружили, что генеративный искусственный интеллект действительно делает работу быстрее, но при чрезмерной зависимости от него люди начинают реже анализировать информацию самостоятельно. То же самое касается студентов, которые используют нейросети для написания различного рода работ.
По словам Анны Шелобановой, дело не только в памяти или внимании. Когда человеку приходится самостоятельно искать решение, активнее работает префронтальная кора — область мозга, отвечающая за самоконтроль, планирование и принятие решений.
«Научно доказано, что решение задач, требующих усилий, стимулирует синаптическую пластичность. Небольшие бытовые трудности заставляют мозг переключаться из режима «автопилота» в режим активного анализа, когда задействована префронтальная кора. Это улучшает самоконтроль и снижает уровень цифрового шума, который провоцирует тревожность».
Именно поэтому сегодня ученые обсуждают уже не столько вред технологий самих по себе, сколько вопрос баланса. Если убрать из повседневной жизни вообще любое усилие, не потеряет ли мозг привычку делать то, для чего он, собственно, и существует — думать самостоятельно?
Пауза длиной в десять секунд
Сторонники фрикшнмаксинга часто говорят о том, что человеку сегодня не хватает не силы воли, а… паузы. Смартфон мгновенно открывает социальную сеть, маркетплейс предлагает купить товар в один клик, нейросеть за секунды выдает готовый ответ. Между желанием и действием почти не остается времени на размышление.
Именно эту короткую паузу сегодня изучают ученые.
Одно из самых известных исследований последних лет посвящено приложению One Sec. Оно не блокирует доступ к соцсетям. Вместо этого программа добавляет всего несколько секунд ожидания перед открытием выбранного приложения, предлагая пользователю сделать вдох и еще раз спросить себя, действительно ли он хочет открыть ленту. Казалось бы, изменение минимальное, однако результаты оказались неожиданными.
Психиатр Марина Калюжная объясняет, что именно такая «полезная фрикция» способна разорвать привычную автоматическую цепочку действий.
«Полезная фрикция не мучает человека — она вставляет паузу между желанием и автоматическим действием. Через шесть недель число открытий снижалось примерно на 57%. Иногда десять секунд работают лучше чем обещание «с понедельника возьму себя в руки».
Еще более показательным специалист считает другой эксперимент. Его участникам на две недели отключали мобильный интернет на смартфонах, сохранив возможность звонить и отправлять сообщения. То есть люди не выпадали из жизни полностью, но лишались постоянного доступа к лентам новостей, коротким видео и бесконечному интернет-серфингу.
По словам врача, результаты оказались весьма показательными.
«Тогда экранное время упало примерно с 314 до 161 минуты в день, улучшились устойчивое внимание, самочувствие и показатели психического состояния; у 91% участников улучшился хотя бы один параметр. Это подтверждает что небольшое бытовое ограничение может помочь, хотя и не доказывает что любое неудобство полезно».
Любопытно, что похожие выводы были сделаны и в другом широко цитируемом исследовании психологов из Техасского университета в Остине. Они обнаружили, что даже выключенный смартфон, лежащий рядом с человеком во время выполнения задания, снижает результаты тестов на внимание и рабочую память. Авторы назвали этот эффект brain drain — «утечкой мозгов»: часть когнитивных ресурсов расходуется уже на то, чтобы игнорировать телефон.
Получается парадоксальная картина. Современные технологии экономят человеку время и силы, но одновременно требуют от мозга постоянно сопротивляться собственным привычкам. Возможно, именно поэтому сторонники фрикшнмаксинга говорят не об отказе от цифрового мира, а всего лишь о нескольких секундах, которые помогают человеку не действовать автоматически.
Не всякое неудобство лечит
Впрочем, у любой моды есть и оборотная сторона. Если одни начинают всего лишь чаще ходить пешком и отключают уведомления, то другие доходят до крайностей: удаляют банковские приложения, перестают пользоваться доставкой лекарств или намеренно усложняют работу себе и коллегам, например, не пользуясь компьютером. Так где проходит граница между полезной тренировкой и бессмысленным самоограничением?
По словам врача-геронтолога Анны Шелобановой, главный критерий очень прост: искусственно созданное препятствие не должно создавать стресс ради стресса.
«Например, вместо того, чтобы каждый раз в общении с иностранцами использовать переводчик, лучше сесть и выучить язык. Или же на кассе считать сдачу не на калькуляторе, а в уме. А бессмысленное усложнение – это когда трудность истощает когнитивный ресурс, который необходим для действительно важных задач. Например, если человек тратит 20 минут на то, что должно занимать 2 минуты, и при этом впадает в ярость, то он не тренирует волю, а получает мощный выброс кортизола, что очень вредно для организма».
Есть ситуации, когда эксперименты с «цифровым аскетизмом» могут быть попросту опасны.
«К опасным практикам относится отказ от вещей, которые реально помогают человеку жить или даже спасают здоровье. Например, удаляет все медицинские приложения – перестает измерять давление, отключает напоминания о приеме таблеток или отказывается от фитнес-браслетов, которые следят за пульсом. Если есть хроническая болезнь, такой отказ уже не тренировка воли, а реальный риск для жизни».
Еще одна крайность — сознательно создавать хаос там, где современные технологии действительно делают работу эффективнее.
«Например, вместо того чтобы быстро найти нужную информацию в общей базе данных, он роется в бумажных архивах часами. В итоге тревожность растет, он делает множество ошибок, теряет попусту энергию, потому что тратит силы не на саму задачу, а на преодоление неудобств, которых можно было бы избежать».
Похожую мысль высказывает доцент кафедры математики и анализа данных Финансового университета Анна Овсянникова. По ее мнению, ценность фрикшнмаксинга вовсе не в отказе от технологий, а в способности самому определять, когда они действительно нужны.
«Грань между здоровой тренировкой и бессмысленным усложнением проходит по результату. Если ограничение возвращает сон, концентрацию, деньги, время, спокойствие или живое общение, оно полезно. Если оно превращается в демонстративный аскетизм, чувство превосходства, тревогу, вину или новую зависимость от «правильного» образа жизни, это уже не свобода, а другой вид контроля. Полезен не отказ от технологий, а умение поставить их на место».
По словам эксперта, самые полезные практики оказываются и самыми простыми.
«Практики, которые действительно имеют смысл, просты, отключить лишние уведомления, убирать телефон во время работы и еды, начинать утро без ленты, планировать день на бумаге, ходить пешком короткие маршруты, готовить дома хотя бы несколько раз в неделю, делать покупки по списку, оставлять один-два часа в день без фонового контента. Неудобство ценно только тогда, когда оно служит человеку, а не становится новой религией».
Цена легкой жизни
Так почему этот тренд появился именно сейчас? Почему поколение, которое выросло со смартфоном в руках, вдруг стало искать способы хотя бы ненадолго от него оторваться?
По мнению пресс-секретаря Независимого профсоюза «Новый труд» Ольги Ивановой, это закономерная реакция людей, которые первыми прожили детство и юность в мире абсолютного цифрового комфорта.
«Это сознательное добавление бытовых препятствий в повседневность. Отказ от GPS в пользу бумажных карт, ручное письмо вместо клавиатуры и чтение бумажных книг вместо экранов. Выглядит как архаизм… Но за этим стоит глубокий психологический подтекст».
По словам эксперта, проблема не в технологиях как таковых. Они действительно делают жизнь проще. Но вместе с удобством постепенно исчезает ощущение собственного участия в происходящем.
Любопытно, что похожий механизм психологи описали задолго до появления смартфонов. Он известен как эффект IKEA: люди выше ценят вещи, в создание которых сами вложили силы. Самостоятельно собранный шкаф, испеченный пирог или выращенный цветок нередко приносят больше удовлетворения, чем готовый результат, полученный без всяких усилий.
По мнению Ольги Ивановой, именно этот принцип сегодня неожиданно проявился и в повседневной жизни.
«Это своего рода получение удовольствия от преодоления, а не погоня за быстрым дофамином».
Но, пожалуй, самое точное объяснение того, почему новый тренд родился именно среди зумеров, эксперт формулирует в одной фразе:
«Потому что зумеры — «цифровые аборигены». Это их способ установить контроль над вниманием в мире, где алгоритмы борются за каждую секунду времени у экрана. Главный посыл фрикшнмаксинга — «жить осознанно», вернуть себе право на усилие и терпение, которые почти исчезли из нашей цифровой жизни».
Парадоксально, но поколение, которое лучше всех освоило цифровой мир, первым же и почувствовало его пределы. Возможно, именно поэтому сегодня оно ищет не способ отказаться от технологий, а способ снова сделать их инструментом, а не главным режиссером собственной жизни.
Мода на friction-maxxing вполне может оказаться недолгой. Через пару месяцев или лет ее, вероятно, сменит очередной вирусный тренд. Но вопрос, который она поставила, останется: действительно ли человек становится счастливее, если убрать из его жизни любое усилие?
Доцент кафедры международного бизнеса Финансового университета при Правительстве РФ Евгений Сумароков убежден, что за модным термином скрывается вовсе не новая философия, а давно известный принцип.
«Фрикшн-макс» — это живая встреча с друзьями лично, а не только в мессенджерах, попытки что-то вспомнить самому, а не просто обращение к поисковику, готовить с нуля, а не заказывать доставку, ориентироваться по дорожным знакам, а не просто включать навигатор, или читать книгу, а не слушать ее аудиоверсию,— подозрительно похож на ребрендинг. Как ни странно, эти вещи в условиях распространения технологий и комфорта оказывается сложными для выполнения, требуют усилий».
Что ж, «фрикшнмаксинг» не предлагает отказаться от прогресса и не призывает вернуться в прошлое. Скорее, он напоминает о простой вещи: технологии способны экономить человеку силы, но не могут прожить жизнь вместо него.
Иногда стоит оставить себе право идти чуть более длинной дорогой — хотя бы для того, чтобы по-прежнему чувствовать, что этот путь выбираешь именно ты.