Профессор Юрий Жданов объяснил борьбу США и Китая вокруг моделей ИИ
Лидеры Кремниевой долины обеспокоены мощной конкуренцией китайских моделей искусственного интеллекта (ИИ) с американскими новейшими разработками. Чьи модели оказываются более успешными – об этом рассуждает доктор юридических наук, заслуженный юрист России, заведующий кафедрой международного права РГСУ профессор Юрий Жданов.
– Юрий Николаевич, в чем суть самой конкуренции между американскими и китайскими моделями ИИ? Китайские более совершенные?
– О технологическом и научном превосходстве тех или иных моделей ИИ американцы беспокоятся во вторую очередь. В первую – о бизнесе. Вдруг выяснилось, что китайцы сделали очень ловкий и удачный маркетинговый ход. The Washington Post выяснила: «Из-за растущих затрат со стороны таких лабораторий, как OpenAI и Anthropic, американские компании начали переходить (!) на китайские модели, что стало знаковым событием в освоении программного обеспечения этой страны. В то время как Anthropic и OpenAI стремительно набирали популярность, основываясь на тщательно охраняемых моделях ИИ, китайские компании, занимающиеся ИИ, сделали другую ставку: они решили сделать свои модели открытыми и бесплатными».
– Разве так бывает в рыночной экономике?
– Как видите. За последний год эта стратегия приобрела большое влияние, особенно после отмены правительством США ограничений на флагманскую антропогенную модель Fable.
Из-за растущих затрат на ИИ американские технологические компании начали переходить на китайские семейства моделей, такие как Qwen от Alibaba, GLM от Z.ai и Kimi от Moonshot AI — это знаковый пример внедрения китайского программного обеспечения в масштабах предприятий в Соединенных Штатах.
– Американцы сами себя своей закрытостью загнали в ловушку?
– Получается, что так. Рафик Доссани, экономист из известного аналитического центра , признал: «Это происходит впервые. Китай смог догнать другие страны в сфере программного обеспечения с такой скоростью, с какой раньше ему это было недоступно, несмотря на наличие значительных ресурсов».
– Как это произошло?
– Эксперты The Washington Post уже проанализировали эту ситуацию: «ChatGPT, Claude и Gemini от Google — все это примеры «закрытых» моделей ИИ: секреты того, как они генерируют текст, тщательно охраняются внутри компаний, и единственный способ получить к ним доступ в корпоративном масштабе — это приобрести подписку или использовать более дорогостоящие тарифы с оплатой по факту использования.
В отличие от этого, многие ведущие китайские модели являются открытыми, что означает, что их внутренние формулы можно изучить и получить к ним доступ бесплатно. Хотя компании также предлагают собственные веб-интерфейсы и настольные приложения, большинство сторонних разработчиков предпочитают просто загрузить копию модели и, после некоторой настройки, подключить ее к своим системам по своему усмотрению. Это означает, что основная стоимость использования моделей с открытыми весами — это вычислительная мощность, необходимая для генерации текста, — как правило, гораздо дешевле, чем закрытая модель в крупной лаборатории, где уже учтены затраты на обучение и разработку».
– Что значит – «модели с открытыми весами»?
– Это модели , у которых опубликованы обученные веса нейросети. В отличие от закрытых систем, такие модели можно скачать, дообучить на своих данных и запустить локально. Экономия от использования моделей с открытым весом особенно заметна на фоне тенденции «токенмаксинга», когда некоторые компании в Кремниевой долине призывали своих инженеров максимально наращивать использование ИИ в качестве показателя производительности. Токены — это основные единицы ввода и вывода в языковых моделях.
Использование модели с открытыми весами позволяет пропустить дорогостоящий этап обучения машины базовому языку и сразу перейти к более целенаправленному обучению при создании специализированной модели.
– Неужели только китайцы додумались до такого подхода?
– Не только. Другие компании, такие как Meta* (признана экстремистской организацией, ее деятельность в РФ запрещена – «МК»), Google, включая и французскую Mistral, также предлагают открытые решения на основе ИИ. Но в глобальной гонке за доминирование в сфере ИИ наиболее популярные открытые решения все же у китайских компаний, которые в августе 2025 года начали опережать американских конкурентов по количеству загрузок. Так, на OpenRouter, популярной площадке для доступа и запуска открытых моделей, китайский ИИ в последнюю неделю июня 2026 года обеспечил почти половину американского трафика в токенах, по сравнению с 16 процентами в начале года.
– Американское законодательство помогает своим бизнесменам решить эту проблему?
– Складывается впечатление, что,скорее, наоборот, только усугубляет. Грег Осури, основатель компании облачных вычислений Akash, сетует, что в мае 2026 года потратил на Claude почти 12 000 долларов. Но после того, как правительство США ввело экспортный контроль в отношении Fable, флагманской модели Anthropic, он начал использовать GLM-5.2 от Z.ai, который, по его словам, был дешевле и лучше, чем модели Anthropic: «Я перешел на GLM-5.2, потому что не хочу переплачивать за модель низкого качества. И я не вижу причин возвращаться к старой модели».
Осури признал, что ему удалось сократить свои личные расходы на ИИ более чем вдвое. В его сети 1 миллион токенов, полученных с помощью GLM-5.2 (около 750 000 слов), стоит 4,40 доллара. Та же нагрузка на Claude Opus 4.8 обходится в 25 долларов при использовании тарифного плана Anthropic с оплатой по мере использования.
— Китайские модели с открытым исходным кодом применяются только во внутренних инструментах программирования?
– Не только. Они используются и для работы агентов, взаимодействующих с клиентами. Что, кстати, еще больше тревожит американских конкурентов. Крупные поставщики облачных вычислений, включая Cloudflare, Amazon Bedrock и Microsoft Azure, предоставляют доступ к китайским моделям с открытым исходным кодом в своих сетях. Например, компания Shopify из Оттавы экспериментировала с использованием платформы Alibaba Qwen для создания ИИ-помощника для продавцов на своей платформе электронной коммерции. В апреле 2026 года компания сообщила в своем блоге, что модель с открытым исходным кодом на 68 процентов дешевле, чем закрытая модель.
– Как давно вышли на рынок такие модели?
– Китайские модели с открытыми весами впервые появились на сцене в начале 2025 года, когда DeepSeek выпустила модель, обладающую возможностями, аналогичными возможностям крупных американских лабораторий, но с гораздо меньшими затратами на обучение и развертывание. Последним лидером стала базирующаяся в Пекине компания Z.ai, чья модель GLM-5.2 показала производительность, сопоставимую с обычными моделями, такими как ChatGPT 5.5 и Claude Opus 4.8, в тестах на программирование. Хотя, по мнению экспертов, более мощные версии американского ИИ показывают лучшие результаты.
– Как отреагировали американцы?
– В своей обычной хамской манере – бурей ничем не обоснованного негодования. Крупные американские лаборатории обвинили китайские компании в копировании их моделей с использованием метода, называемого дистилляцией, при котором большая, мощная модель обучает меньшую. Кайл Чан, научный сотрудник Института Брукингса, не без снобизма, через губу, заявил: «Все эти китайские лаборатории ИИ довольно рано осознали, что им приходится догонять. Отчасти это объясняется привлекательностью прозрачного, загружаемого и настраиваемого формата».
– Неужели в Белом доме не заметили очередную «китайскую опасность»?
– Заметили, конечно. Законодатели-республиканцы начали расследование в отношении тогдашней материнской компании Cursor, а также Airbnb за использование китайских моделей ИИ, утверждая, что эти модели представляют угрозу национальной безопасности. Ведь Airbnb использовала китайскую Qwen в качестве агента службы поддержки клиентов, хотя и утверждает, что использует в основном американские модели.
– Американский бизнес проникся ответственностью за страну?
– Отчасти, хотя, зачастую, лицемерно. Да, некоторые компании, использующие открытые модели взвешивания, избегают китайских аналогов. Так, Джереми Легг, главный технический директор AT&T, заявил, что его компания не будет использовать китайский ИИ по соображениям национальной безопасности. Но куда деваться? Технология быстрого переключения ИИ компании включает в себя и другие недорогие открытые ИИ, такие как Llama от Meta* .
Что любопытно, китайская компания Alibaba выпустила несколько версий Qwen, которые являются закрытыми и проприетарными, то есть — частными. При этом агентство Reuters сообщило, что Пекин рассматривает возможность ограничения доступа зарубежных стран к своим моделям.
– То есть, китайцы отработали свои технологии на американцах и готовы закрыться? Выходит, американцы правы, что очередной прорыв Китая в области ИИ угрожает лидерству Америки?
– Лидерству Америки, как бы она ни пыжилась, угрожает само мировое развитие цивилизации. Китай – лишь один из многих факторов этого развития, и США не сможет сдержать, тем более – контролировать эту лавину.
The New York Times констатирует: «Противостояние между Китаем и Соединенными Штатами за лидерство в области ИИ обострилось, когда китайский стартап Moonshot AI выпустил новую модель ИИ, которая, по всей видимости, сократила отставание от хорошо финансируемых американских конкурентов.
Компания Moonshot заявила, что модель Kimi K3 является крупнейшей в мире системой ИИ с открытым исходным кодом, позволяющей любому желающему свободно использовать, модифицировать и развивать ее. Компания отметила, что Kimi K3 показала результаты, сопоставимые с ведущими моделями от OpenAI и Anthropic, в решении ряда ключевых задач».
— Китайцы провели свою презентацию демонстративно, как бы дразня гусей?
– Почему «как бы»? Очень даже вызывающе. Так уж получилось (!), что презентация Moonshot AI совпала (опять же – совершенно случайно) с выступлением лидера Китая Си Цзиньпина, в котором он изложил амбициозное видение глобального развития ИИ, представив Китай как сторонника открытого подхода к этой технологии. Товарищ Си все доступно объяснил: «Развитие ИИ не должно быть сольным выступлением одной страны, а симфонией международного сотрудничества. Китай готов сотрудничать со всеми сторонами, чтобы воспользоваться возможностями развития ИИ».
– Представляю, какой был переполох на рынке…
– Да, реакция рынка последовала незамедлительно. Акции сразу же упали, индекс Nasdaq снизился примерно на 1 процент, поскольку инвесторы продавали акции американских компаний, производящих компьютерные чипы, необходимые для работы ИИ, включая Nvidia и Intel.
Эти события подчеркнули геополитическую значимость американо-китайской борьбы за лидерство в том, что многие считают определяющей технологической гонкой нашего времени.
– Президент США Дональд Трамп высказывался по этому поводу?
– Да, и неоднократно. Трамп заявлял, что сохранение лидерства Америки в области ИИ является стратегической необходимостью для обеспечения экономической и национальной безопасности страны.
– И что же дальше?
– Все это привело к весьма мелкому и недостойному великой страны пакостничеству – американцы стали всеми силами замедлять процесс развития технологий Китая путем ограничения его доступа к передовым чипам, необходимым для обучения современных систем ИИ.
Руководство США до желудочных колик напугало, что выпуск бесплатной китайской модели ИИ с открытым исходным кодом, которая может конкурировать по производительности с дорогостоящими вычислительными системами от самых финансируемых компаний Кремниевой долины, вновь вызвал опасения по поводу того, оправданы ли огромные инвестиции отрасли в центры обработки данных. А ведь Кремниевая долина, напомню, — главный спонсор Трампа. Ему очень не хотелось бы не оправдать надежд своих кредиторов.
– А что, такое может произойти?
– Уже происходит. Судите сами. За последние 19 месяцев китайские технологические компании выпустили множество моделей ИИ с открытым исходным кодом, которые приближаются по производительности к своим американским конкурентам, при этом, по их утверждению, требуя меньше вычислительных ресурсов. Такое сочетание высокой производительности и более низкой стоимости сделало китайские системы ИИ предпочтительным выбором для многих разработчиков по всему миру.
Последний релиз Moonshot усиливает этот импульс и повышает вероятность того, что китайская компания вскоре сможет сравняться — или даже превзойти, — передовые модели, созданные ведущими американскими фирмами в области ИИ, которые привлекли сотни миллиардов долларов для создания закрытых и дорогостоящих в эксплуатации систем.
Грэм Вебстер, профессор Стэнфордского университета (объявлен в России нежелательной организацией – «МК»), изучающий китайскую экосистему ИИ с открытым исходным кодом, сказал, что не имеет большого значения, находится ли модель на самом переднем крае технологий, поскольку разрыв в производительности между ведущими американскими и китайскими моделями (о, ужас!) сократился: «У всех разные оценки того, на сколько месяцев Китай отстает от США, и в основном это шесть месяцев. Это не такое уж большое преимущество».
Но вот другой важный штрих. Специалист Сэмм Сакс, присутствовавшая на конференции по ИИ в Шанхае, где выступал Си Цзиньпин, засвидетельствовала: «Многие эксперты считают, что это лишь вопрос времени, когда китайская компания выпустит в свободном доступе модель, которая будет соответствовать самым передовым системам Anthropic. Такой прорыв вызовет сложные вопросы у регулирующих органов, пытающихся сдержать развитие мощных технологий ИИ после их выпуска». Напрашивается сакраментальный вопрос: возможно ли это развитие сдержать?
– Чем, в принципе, отличается китайский подход к ИИ от американского, кроме, разумеется, маркетинга?
– Отличается принципиально, буквально по Киплингу: «Восток есть Восток, Запад есть Запад. И им не сойтись никогда» (цитирую по памяти).
Росс Дутхат, один из экспертов The New York Times, заметил различия между американским и китайским подходами к ИИ: «Соединенные Штаты ведут себя так, как если бы передовые модели ИИ могли стать эквивалентом ядерного оружия, представляя собой неизмеримо разрушительную форму силы, требующую тщательного и ревностного контроля. Американские магнаты ИИ постоянно говорят так, будто участвуют в гонке в стиле Оппенгеймера (вместе с присущими Оппенгеймеру моральными терзаниями). Американский военно-промышленный комплекс намерен не позволить Китаю сократить текущий разрыв в сфере ИИ, и как бизнес, так и правительство все чаще рассматривают передовые модели как серьезную угрозу безопасности.
Тем временем Китай рассматривает модели, которые производят его компании, как эквивалент ядерной энергии: технологию с низким уровнем риска, которой следует делиться и которая подлежит коммерциализации для завоевания друзей, влияния на мир и подрыва преимуществ американских гигантов ИИ. В Китае звучат заверения в отношении рисков и безопасности, но нет особого ощущения, что это уникальная сила, которую нужно накапливать, геополитический козырь или оружие, от которого зависят вопросы выживания».
– Но ведь этим заверениям в США не верят? Почему?
– Откровенно говоря, правильно делают. Поскольку китайские компании и модели постоянно отставали от Anthropic и OpenAI, у Китая есть очевидные стимулы использовать открытый исходный код для подрыва прибылей и влияния Кремниевой долины, заставляя при этом Вашингтон беспокоиться о рисках, которые могут создать самые передовые модели.
Дутхат предполагает, что, если бы Китай внезапно обогнал США, стимулы могли бы измениться, и он мог бы начать пытаться заблокировать доступ к своим лучшим моделям и милитаризировать их, рассматривая их как государственные секреты и суверенные активы (что, собственно, и начинает происходить – об этом мы уже упомянули).
У Китая пока нет модели, которая превосходит американские, но уже появилась модель, которая может быть близка к этому: Kimi K3 от китайской компании Moonshot AI. И пока что Пекин обращается с Kimi K3 так же, как и со всеми своими предыдущими моделями: она будет распространяться с открытым исходным кодом для максимального внедрения, невзирая на какие-либо американские терзания по поводу рисков, ограничительных мер и экспортного контроля.
– Что за «американские терзания»?
– Многие из них навеяны Голливудом – вспомните все эти фантазии про восстания машин. Возникли они не на пустом месте, навеяны идеями полусумасшедших компьютерных гениев (гении – без кавычек, великие ученые, но, как водится, с тараканами в головах). Аналитик Дутхат (надо признать, весьма компетентный) комментирует: «Китайцы не просто отвергают утопические и антиутопические сценарии, распространенные в Кремниевой долине, где, по их гипотезах, после прохождения определенного порога мощность искусственного интеллекта полностью меняет мир. Возможно, они даже не особенно одержимы идеей рисков в том смысле, чтобы беспокоиться о тех видах опасностей, которые модели ИИ уже сегодня могут создавать: будь-то способность взламывать и выводить из строя сложные системы, помогать террористам создавать биооружие, неопределенные риски неконтролируемого поведения ИИ и многое другое.
Американские компании в сфере ИИ и органы национальной безопасности, похоже, исходят из того, что они уже достигли точки, когда просто нельзя позволять миру использовать лучшие модели ИИ без элементов контроля и ограничений. Вы не стали бы рассылать атомные бомбы или межконтинентальные баллистические ракеты по случайным домам или частным компаниям. В то же время китайцы готовы пожать плечами, раздвинуть границы и позволить Америке беспокоиться о безопасности и суверенитете, исходя из предположения, что ИИ — это обычная технология, а проблемы безопасности будут решены по мере продвижения».
– Может, Китай делает некую двойную ставку?
– Даже если так, ИИ создает лишь умеренные риски и на самом деле не является своего рода стратегической суперсилой. Китайские модели с открытым исходным кодом — это лучший способ подорвать американское преимущество и заставить мир любить Китай больше, чем Америку.
По мнению Дутхата, «в качестве альтернативы, если мы все же получим своего рода «ИИ-Чернобыль» из-за чьего-то неправильного использования китайской модели, что ж, последствия и реакция, вероятно, все равно сильнее всего ударят по компаниям США, поскольку американская общественность уже скептически относится к ИИ и готова к введению моратория на строительство центров обработки данных».
– Парадоксальный и почти невозможный вывод: в США кто-то может потребовать запрещения ИИ? Не верю.
– Вообще-то, я тоже. Но, с другой стороны, не особо удивлюсь, если это произойдет в стране с весьма необразованным, в массе своей, населением. Даже сам Дутхат не очень понимает, чем закончится движение за безопасность ИИ, которое во многом и сформировало эту про-регуляторную почву. Дело безопасности ИИ продвинулось по нескольким направлениям в Соединенных Штатах, отразив в себе враждебность прогрессивных левых к Кремниевой долине, тревоги Пентагона по поводу мощи моделей, контролируемых частными лицами, и внутренней культуры обреченности (doomer culture) в самой индустрии ИИ, Отсюда, кстати, и голливудские страшилки. Помните Ленина? Важнейшее из искусств для нас является кино. И для американцев – тоже.
Заметьте, в Китае таких настроений, тем более – массовых общественных движений, не наблюдается.
Так кто же в итоге побеждает в конкуренции новейших моделей ИИ? Запасайтесь попкорном и – поближе к телевизорам!
* – компания Meta признана экстремистской организацией, ее деятельность в РФ запрещена/