Банк в ЕС уведомил клиентов из РФ о закрытии счетов вне зависимости от статуса
Очередной тревожный сигнал пришел из Европы. Один из банков Португалии уведомил клиентов с российским гражданством о закрытии счетов вне зависимости от того, сколько лет они проживают в стране и имеют ли другие основания для пребывания в ЕС. Ситуация вновь подняла вопрос о границах санкционной политики: если право собственности считается одной из базовых европейских ценностей, почему на практике оно все чаще зависит от паспорта владельца? Для многих россиян за рубежом подобные решения уже стали не исключением, а новой реальностью.
Когда-то Европа любила рассказывать миру о правах человека. О том, что закон выше политики, а частная собственность – священная корова. И что нельзя наказывать человека за происхождение, национальность или обложку его паспорта. Потому что ответственность должна быть личной. Совершил — отвечай, только так. В концов-концов тому же немецкому народу не посыпали голову пеплом до скончания времен за то, что творили фашисты.
Собственно, именно на этих принципах и строилась репутация Европейского союза. И многие верили. Ехали туда жить, работать, учиться, покупали жильё и открывали бизнес. Потому что считали: здесь правила одинаковы для всех и поэтому надежно и безопасно.
А потом оказалось, что для всех — но не совсем.
На днях крупнейший португальский банк предупредил часть клиентов с российским гражданством о закрытии счетов. До этого были истории с блокировками в других европейских финансовых учреждениях. Люди рассказывают, что у них не принимают документы о продлении статуса, ограничивают переводы, просят объяснить происхождение денег снова и снова, хотя счета открывались абсолютно законно.
Но самое поразительное во всей этой истории даже не сами ограничения, а другое.
Европа десятилетиями учила весь мир, что нельзя судить человека по национальности. Что коллективная ответственность — плохая практика. Что человек не отвечает за действия государства только потому, что родился «не в той» стране.
А теперь всё чаще главным документом становится не вид на жительство, не трудовой контракт, не налоговая история, а обложка паспорта.
Юрист и правозащитник Мария Архипова обращает внимание на опасную тенденцию: решающим фактором действительно становится не законность пребывания человека в стране, а исключительно его постоянное гражданство. По ее словам, если ограничения автоматически распространяются на всех обладателей определенного паспорта без индивидуальной оценки обстоятельств, возникает риск нарушения базовых принципов равенства и недискриминации, которые десятилетиями декларировались самим Европейским союзом.
Странная получается логика. Если дискриминация по происхождению происходит где-то далеко — это нарушение прав человека. Если то же самое происходит в отношении россиян — это почему-то уже политика.
Особенно тяжело тем, кто живёт в Европе много лет. У кого там работа, дети, ипотека и пожилые родители. Кто исправно платил налоги, соблюдал законы и был уверен, что его права защищены.
Внезапно эти люди обнаружили, что могут лишиться банковского счета не потому, что нарушили закон, а потому, что родились не под тем флагом.
Любопытно, как это объясняют сами европейцы.
Чаще всего — соображениями безопасности и санкционной политикой. Но проблема в том, что санкции изначально вводились против конкретных лиц, компаний и структур. А не против преподавателя европейского университета со славянской фамилией и не против семейного программиста с детьми, приехавшего по контракту.
Когда ограничения начинают распространяться на миллионы людей исключительно по признаку подданства, возникает неудобный вопрос: а где проходит граница между санкциями и дискриминацией?
На этот вопрос пока никто толком не отвечает. Наверное, потому что он очень неудобный. Права человека вообще штука неудобная. Они либо есть для всех, либо их нет ни для кого.
«Государства и банки обязаны соблюдать санкционные режимы, — говорит Мария Архипова. — Но это не должно приводить к коллективной ответственности миллионов людей только по одному единственному признаку. В правовом государстве любое ограничение должно быть обоснованным, необходимым и соразмерным поставленной цели».
Поспорить с этим трудно. Тем более что именно этому Европа долгое время учила весь остальной мир. Нельзя защищать право собственности до тех пор, пока собственник тебе нравится.
Нельзя десятилетиями рассказывать о недопустимости дискриминации и одновременно делать исключение для одной национальности.
Точнее, можно. Но тогда речь идёт уже не о принципах. А о политической конъюнктуре.
И в этом, пожалуй, заключается самая печальная тенденция последних лет. Потому что запретить банковскую карту или перевод, конечно, можно.
Гораздо сложнее объяснить человеку, почему права, которые ещё вчера назывались универсальными, сегодня вдруг перестали на него распространяться.