25-летнюю россиянку парализовало на Бали
25-летняя россиянка Анастасия Перевезенцева оказалась парализована на Бали из-за редкого синдрома Гийена-Барре. У абсолютно здоровой девушки внезапно отказали ноги, начали слабеть руки, онемела часть лица и появились проблемы с дыханием.
Сейчас Анастасия находится в больнице. А ее друзья собирают деньги на дорогостоящее лечение. Пятидневный курс иммуноглобулина обходится примерно в 12,6 тысячи долларов. Вернуться в Россию девушка не может из-за тяжелого состояния.
Анастасия рассказала о своем состоянии «МК».
Справка «МК»: Синдром Гийена-Барре — редкое аутоиммунное заболевание, при котором иммунная система ошибочно атакует периферические нервы. Все начинается со слабости или покалывания в ногах. После чего симптомы быстро распространяться на руки, лицо и дыхательные мышцы. В тяжелых случаях человек теряет способность самостоятельно ходить и нуждается в искусственной вентиляции легких. Лекарства от заболевания нет. Многие пациенты со временем восстанавливаются, но на это могут уйти месяцы, иногда годы.
25-летняя Анастасия Перевезенцева переехала на Бали полгода назад. Работала, занималась спортом, строила планы. Ничего не предвещало беды. Но однажды девушка почувствовала необычную слабость. Сначала списала все на усталость, а через несколько дней уже не могла самостоятельно встать с кровати.
— Я жила свою обычную жизнь, радовалась, работала. И в какой-то момент почувствовала слабость. Думала, просто устала. На третий день начали неметь ноги. Пыталась встать с кровати и понимала, что это происходит гораздо медленнее и тяжелее, чем обычно, — рассказывает Настя.
К вечеру состояние настолько ухудшилось, что девушка вызвала врачей на дом.
— Я только и делала, что спала, спала, спала. Сил не было вообще ни на что. Впервые в жизни забила на работу, на еду, на прогулки. Даже аппетит пропал. Сдала все анализы, какие только можно. Подумала, может, что-то по женской части, с гормонами. Но абсолютно все показатели были в норме. А денег на обследования потратила очень много. На Бали медицина дорогая.
Страховки у девушки не оказалось. Да и, по словам Анастасии, она бы не помогла. Эта болезнь не является страховым случаем. При этом россиянка продолжала слабеть с каждым днем.
— В какой-то момент поняла, что уже не могу самостоятельно передвигаться. Не могу сходить в туалет, встать, даже попить воды. И тут пришло осознание, что я просто одна дома умираю. Буквально за четыре дня превратилась из здорового человека в лежачего больного.
На помощь пришли друзья. Они отвезли Анастасию в больницу, где врачи заподозрили неврологическое заболевание, тот самый синдром Гийена-Барре.
— Я впервые в жизни услышала такое название. Мне объяснили, что это аутоиммунное заболевание, при котором организм атакует собственные нервы. И болезнь может развиваться очень быстро.
Однако начать необходимое лечение сразу не удалось.
— Два дня мы просто ждали. Мне капали парацетамол, давали обезболивающие в лошадиных дозах, чтобы я хоть как-то могла существовать. Нужно было дождаться ответа из другой больницы, где могли подтвердить диагноз и провести лечение. За это время состояние продолжало ухудшаться. За пребывание в первой больнице мы заплатили огромные деньги. Если переводить в рубли, вышло примерно 60 тысяч за ночь и день, плюс лекарства. Я уже плохо помню точные суммы.
Позже у девушки взяли спинномозговую жидкость для анализа. Диагноз подтвердился. Врачи назначили пятидневный курс внутривенного иммуноглобулина, одного из основных методов лечения синдрома Гийена-Барре.
Но больница для начала потребовала оплату.
— Нам назвали сумму около миллиона рублей. И это только за пять дней иммуноглобулина, без дополнительных расходов. А у меня к тому моменту уже полностью отказали ноги, начали отказывать руки, онемела половина лица. Стало трудно дышать. Мне объяснили, что дальше будет только хуже, меня могут подключить к аппарату ИВЛ, если не начать лечение сразу.
Друзья, знакомые, близкие Насти срочно открыли сбор средств.
— Кто-то брал кредиты. Буквально за час удалось найти около четверти необходимой суммы. Мы уговорили больницу взять эти деньги и начать лечение хотя бы с первой дозы. Потому что ждать было уже нельзя.
В итоге первую капельницу девушке поставили.
— Но легче сразу не стало. Это ведь так не работает. Болезнь еще развивается, мне пока становится только хуже. Я понимаю, что слабость может распространиться дальше. Возможно, перестану держать телефон, может сильнее онеметь лицо. Пока я еще могу говорить.
Анастасия записала нам свой рассказ, находясь в больнице. Девушка признается, что из-за сильных препаратов ей тяжело собраться с мыслями.
— Извините, если я говорю путано. Я сейчас под очень серьезными лекарствами. Врачи объясняют, что болезнь должна достигнуть пика, а потом уже пойдет на спад и начнется восстановление. Я надеюсь, что до этого момента все обойдется без самых тяжелых осложнений.
Но даже когда острый период закончится, быстро вернуться к обычной жизни не получится.
— Мне объяснили, что понадобится длительная реабилитация. Сначала придется провести около месяца в больнице, чтобы восстановить хотя бы какие-то основные функции. А дальше уйдут месяцы, может быть, годы, чтобы снова нормально двигаться. Я пока даже не представляю, как все это будет.
По словам девушки, оплаченный курс иммуноглобулина — только первичные расходы.
— Сейчас мы пытаемся выяснить у врачей, во сколько обойдется все лечение. Потому что миллион рублей — это только за пять дней. А дальше больница, реабилитация, физиотерапия. Я ведь не смогу работать, не смогу обеспечивать себя. И я совершенно не понимаю, откуда брать деньги.
Вернуться в Россию Анастасия пока тоже не может.
— Сейчас меня нельзя транспортировать. Состояние слишком тяжелое, я просто не перенесу дорогу. Я писала в российское посольство, пока еще могла писать. Спрашивала, могут ли они как-то помочь. Мне ответили, что нет.
Вся надежда девушки только на друзей и неравнодушных граждан.
— Мне повезло здесь со мной находятся люди, которые за сутки организовали сбор средств, рассказали мою историю в интернете, нашли деньги на начало лечения. Я знаю, что они не бросят меня и во время реабилитации. У меня есть все разрешения, чтобы оставаться на Бали, поэтому хотя бы с этим проблем не возникнет.
Однако Анастасия переживает, что сборы рано или поздно остановятся, а лечение не закончится.
— Я понимаю, что люди не смогут бесконечно присылать деньги. Сегодня откликнулись, а завтра уже забудут. И это нормально. Но мне восстанавливаться еще очень долго. А расходы будут продолжаться.
В конце рассказа девушка не смогла сдержать слез.
— Мне очень стыдно за эту ситуацию. Как будто я вообще не должна была в ней оказаться. Никогда не думала, что такое может произойти со мной…