Куда поехать за самой красивой в мире осенью
Осень — единственное время года, ради которого люди пересекают океаны не ради пляжа и солнца, а ради того, чтобы увидеть, как целый лес превращается в живую картину: зелёный становится золотым, золотой — багряным, багряный — пурпурным. В шести уголках планеты этот спектакль разыгрывается с особенной силой, и каждый из них стоит того, чтобы за ним ехать на край света.
Осень — единственный сезон, который превращает место в музей под открытым небом, где лучший гид – собственное сердце и воображение. Каждая из шести и стран предлагает свой оттенок: Япония — пурпурно-алый, Новая Англия — многоцветный, Канада — огненно-красный, Корея — этюд в бордовых тонах, Бавария — тёплый янтарь, а российская осень объединяет всю эту палитру – от нежного лазурно-медового до и с медью до . Выбрать всего одну из этих осеней — значит лишить себя остальных. Но даже одна осенняя поездка позволит увидеть своими глазами высшую точку осенних красок – как переливается листва накануне своего падения. .
Япония: момидзигари — охота за красными клёнами
В Японии осень называют «пятым временем года» — после весны, лета, осени и зимы существует ещё одно, шестое: момидзи. Это слово пишется двумя иероглифами — «алый» и «листва» — и означает не просто смену цвета, а целую церемонию созерцания, которая зародилась в эпоху Хэйан, в VIII–XII веках, среди придворной аристократии. Тогда знатные дамы и поэты выезжали в горы, собирали ветки клёна, складывали стихи и пили сакэ под багряными кронами. Сегодня момидзигари демократизировалось: японцы всех возрастов берут термосы с зелёным чаем, бэнто и отправляются в храмы и пары — охотиться не с ружьём, а с камерой.
Киото — главный храм момидзи. Храм Эйкан-до называют просто «храмом клёнов»: аллея деревьев ведёт к пруду, в котором отражаются красные кроны, а вечером сад подсвечивают фонарями — ёру-момидзи, ночное любование, одно из самых сильных впечатлений, которые дарит Япония. Храм Киёмидзу-дэра с его деревянной террасой, построенной без единого гвоздя, осенью буквально парит над морем огня. В районе Арасияма, знаменитом бамбуковой рощей, клёны обрамляют мост Тогэцук — «Лунную переправу» — и отражаются в воде реки Кацура.
Японцы осенью едят сайру — рыбу, в названии которой первый иероглиф означает «осень». Хурма, каштаны, грисы мидзигари. Кондитерские выпускают вагаси — сладости в форме кленового листа, а на острове Ицукусима продают момидзи-мандзю — пирожки из теста с бобовой пастой, вылепленные в форме клёна. Листья клёна даже обжаривают в темпуре — это сезонное лакомство, которое можно попробовать только осенью.
Сезон движется по стране волной — с севера на юг. Хоккайдо вспыхивает в конце октября, Токио и Киото — в конце ноября – начале декабря. По прогнозу 2025 года, пик в Киото ожидался около 12 декабря. Карту окраски листвы транслируют по телевизору и публикуют на специальных сайтах — японцы планируют поездки за недели, отслеживая, куда докатилась алая волна.
Многие мировые знаменитости бросают все дела ради осеннего момидзи, считая созерцание осенней Японии отдельным ритуалом, ради которого стоит возвращаться в Страну Восходящего Солнца вновь и вновь.
США, Новая Англия: leaf peeping — главная осенняя профессия
Если у японской осени есть душа, то у американской — бизнес-модель. Шесть штатов Новой Англии (Вермонт, Нью-Гэмпшир, Мэн, Массачусетс, Коннектикут, Род-Айленд) после Второй мировой войны изобрели «Foliage Season» — сезон листвы, — запустив цветные развороты журнала Vermont Life с рубиново-золотыми холмами. С тех пор каждый октябрь миллионы туристов едут по маршрутам, выложенным тыквами, сидровыми мельницами и крытыми мостами.
В Вермонте осень – это Route 100, хайвей, тянущийся через весь штат мимо белых деревенских церквей и сыроварен. В Нью-Гэмпшире — Kancamagus Highway, 34 мили дороги через Белые горы без единой заправки и почти без сотовой связи. Цвет идёт с севера на юг и сверху вниз по высоте: пик в горах Вермонта — конец сентября, в долинах — середина октября, на побережье — конец месяца.
Местные жители осенью собирают яблоки, пьют сидр, устраивают фестивали тыкв и готовятся к Хэллоуину. Фермерские рынки ломятся от урожая: яблоки, тыквы, кленовый сироп. В Бостоне проходит кинофестиваль TIFF, а в Салеме, Массачусетс, — месячное празднование ведьмовской истории города.
Американская осень неизменно привлекает мировых звёзд: Хью Джекман, Джейсон Момоа, Дэвид Бекхэм и Челси Хэндлер посещают Новую Англию именно осенью ради пеших прогулок по осенним лесам и фото всех красок новоанглийской осени для своих соцсетей.
Канада: кленовый лист как национальная идея
Кленовый лист на флаге Канады — не символ, а документальное свидетельство. В Квебеке и Онтарио растут сахарные, красные, чёрные и серебристые клёны, и каждый вид вспыхивает своим оттенком: сахарный — оранжево-золотым, красный — багряным, серебристый — лимонно-жёлтым. К ним добавляются золотые берёзы, янтарные буки и медные дубы — холмы выглядят так, будто их расписал художник, у которого кончилась зелёная краска, но хватило всей тёплой палитры.
Национальный парк Алгонкин в Онтарио — классика осенней Канады: красные клёны отражаются в тихих озёрах, а по тропам бродят лоси. В Квебеке — парк Мон-Тремблан в Лаврентийских горах, где с вершин высотой около 900 метров открываются панорамы, от которых перехватывает дыхание. На острове Кейп-Бретон в Новой Шотландии знаменитая дорога Cabot Trail обвивает побережье, и осенью каждые тридцать километров выглядят как новая картина.
Канадцы осенью собирают кленовый сироп — тап sap из стволов сахарного клёна и варят его в открытых котлах. Пекут тыквенный пирог, отмечают День благодарения во второй понедельник октября (на месяц раньше американцев) и устраивают фестивали: винный в Ньягапал, тыквенный в Принс-Эдуард-Айленд, кельтский Celtic Colours на Кейп-Бретоне.
Джастин Трюдо, бывший премьер-министр Канады, известен своей любовью к осени: ежегодно фотографировался с детьми на тыквенном поле, прыгал в кучи осенних листьев и наряжался на Хэллоуин (однажды — Суперменом, другой раз — Шерлоком Холмсом). Джастин Бибер, выросший в Онтарио, возвращается домой именно в сезон листвы.
Южная Корея: танпхун — багрянец, который смотрят все
Корейское слово «танпхун» переводится как «багрянец» — и это не просто описание цвета, а культурный феномен. Когда листва начинает менять окраску, новостные сводки в Корее открываются с информации о том, куда сегодня докатилась алая волна. Танпхун стартует в горных парках на северо-востоке в конце сентября и движется к югу больше месяца — до середины ноября. Главный вид — клён с мелкими ажурными листьями, который вспыхивает огненно-красным; к нему добавляются золотые гинкго и серебристая трава мискантус.
Чтобы увидеть лучшую в Корее «кленовую осень», надо знать специальные места. Раскрываем секреты:
Национальный парк Сораксан на восточном побережье — самая известная точка танпхуна: острые гранитные пики, ущелья и горные реки, осенью превращающиеся в чертоги багрянца. Парк Нэчжансан на юге считается столицей осенней листвы: аллея кленов сплетается кронами в сплошной багряный свод. В Сеуле дворцовый комплекс Кёнбоккун обрамляется золотыми гинкго и красными клёнами, а в парке Ханыль поля серебристой травы колышутся на ветру, напоминая морские волны.
Осенью корейцы собираются семьями, устраивают пикники на горных тропах, лепят сонпхён — рисовые пирожки в форме полумесяца с кунжутом и каштанами внутри. Главный осенний праздник — Чхусок, аналог Дня благодарения, когда семьи вспоминают предков и благодарят за урожай. Сезон красных кленов неизменно собирает в Южной Корее мировых селебритиз.
Германия, Бавария: осень под пенный гимн
Баварская осень — это не только листва, но и аромат жареных каштанов, свежих претцелей (кренделей) и молодого пива. В долинах Баварских Альп клёны, буки и берёвы меняют цвет с насыщенно-жёлтого до красного, а на фоне — заснеженные вершины и бирюзовые горные озёра. В окрестностях замка Нойшванштайн, у озера Альпзее под Фюссеном, осенний пейзаж выглядит как иллюстрация к сказке, которую вы читали в детстве. Василий Кандинский, живя в Мюнхене, написал в 1908 году «Осень в Баварии» — экспрессивный признание в любви к южной земле Германии.
Октоберфест — главное осеннее событие Баварии и мира. Фестиваль длится две недели с середины сентября до начала октября на Лугу Терезы в Мюнхене. Шесть исторических пивоварен варят специальное октоберфестовское пиво, мэр открывает первую бочку с криком «O’Zapft is!» — «Открыто!», и под огромными шатрами, вмещающими до 9 500 человек, начинается праздник, ради которого люди прилетают с других континентов. Баварцы осенью носят традиционную одежду: мужчины — ледерхозены (кожаные штаны на подтяжках), женщины — дирндли (платья с корсетом). Едят белые мюнхенские колбаски вайсвурст с сладкой горчицей, свиные рульки, обецу — пасту из камамбера с паприкой, и запивают всё это литрами «Марцен» — насыщенного пива крепостью около 6%.
Звёзды мюнхенской «Баварии» — футбольного клуба — ежегодно посещают Октоберфест в традиционных костюмах. Мануэль Нойер, Йозуа Киммих, Харри Кейн, тренер Венсан Компани с женой — все приходят в шатёр Kaefer Wiesenschaenke, пьют пиво и позируют для фотографов. Это не рекламный ход, а настоящая традиция: футболисты живут в Мюнхене и считают Октоберфест частью года.
Отговорила роща золотая…
Россия дарит краски осени на любой вкус. У каждого региона свой характер, и выбор зависит от того, какие пейзажи вам ближе: северные, горные, усадебные или уютные городские. Надо лишь учитывать сезонность: у каждого направления свой оптимальный период: например, в Карелии это середина — конец сентября, на Алтае — последняя неделя сентября — первая половина октября, на Кавказе — начало — середина
Карельская осень — микс суровой эстетики: скалы, смешанные леса в золоте и багрянце, зеркальная гладь озёр. Горный парк «Рускеала». Мраморные стены каньона особенно эффектно контрастируют с яркой листвой, а в воде отражаются деревья. Ладожские шхеры. Система скалистых островов и проливов — идеальное место для уединённых прогулок и панорамных снимков. Гора Паасо рядом со Сортавалой: оттуда открывается вид на бескрайнюю цветную тайгу.
Осень на Алтае — мечта для пейзажных фотографов. Чуйский тракт. Поездка по нему — готовый фотоальбом: желтеющие лиственницы (это единственное хвойное дерево, которое сбрасывает хвою), тёмно-зелёная хвоя других деревьев, реки Катунь и Чуя, заснеженные вершины Северо-Чуйского хребта. Особенно эффектны перевалы Семинский и Чике-Таман. Телецкое озеро: оОсенью в чистой воде отражается золото деревьев на склонах. Урочище Кызыл-Чин: его «марсианские» пейзажи окрашиваются в жёлтые, красные и оранжевые тона.
Кавказская осень – это Домбай и Архыз. Здесь осень дарит буйство тёплых, медовых и медно-красных красок. На Домбае поднимитесь по канатной дороге на гору Мусса-Ачитара: перед вами откроется панорама Главного Кавказского хребта — заснеженные вершины и полыхающие яркими красками ущелья внизу.
В Архызе отправьтесь в поход к Дуккинским или Софийским озёрам: маршруты проходят через оранжевые леса и прозрачные горные реки.
Плёс (Ивановская область) — маленький старинный городок, воспетый Левитаном. Поднимитесь на Левитановскую или Соборную гору: оттуда открывается панорамный вид на изгиб Волги, деревянные домики с резными наличниками и маковки старинных церквей. Лучшие кадры получаются ранним утром, когда над рекой поднимается туман.
Осень в Калининграде и на Куршской косе наполнена прямо домашним уютом. В самом Калининграде стоит прогуляться по острову Канта: в это время года он превращается в огромный красно-жёлтый парк, окружённый рекой Преголей. Сделайте классический кадр собора сквозь золотые ветви.
Загляните в старинный район вилл Амалиенау: немецкая архитектура и брусчатка потрясающе смотрятся сквозь кружево жёлтых клёнов. На Куршской косе настроение осени – это дюны, променад и морской бриз.
Осень на Золотом кольце (Суздаль, Переславль-Залесский) — это белокаменные храмы и монастыри на фоне янтарных рощ, утренние туманы над реками. В Суздале с земляных валов кремля открывается панорамный вид на реку и исторический центр.
Байкальская осень – это когда тайга загорается охрой и золотом, а лиственницы окрашиваются в ярко-золотой оттенок. На острове Ольхон золото рощ, отражаясь в бездонной синеве озера, заставляют осознать: всем технологиям мира очень далеко от того, что задумала и осуществила природа.
А еще в бескрайней России есть Орловская и Рязанские области и Подмосковье – все это старинные усадьбы, яблоневые сады, охристые аллеи, тропинки к реке, высокий берег, а на нем беседка. И так и кажется, что сейчас из нее выйдет поэт со словами