«За день пройдено более 150 км»: в Кызыле ищут школьниц, исчезнувших у Енисея
В Кызыле продолжаются поиски двух школьниц 2013 года рождения, которые 1 июля около 17.00 вышли из дома и не вернулись. Телефоны девочек нашли на берегу Енисея, позже обнаружили обувь одной из них. Несмотря на множество слухов в соцсетях, основная версия поисковиков сейчас связана с водой.
О том, как идут поиски рассказала руководитель регионального отделения национального центра помощи пропавшим и пострадавшим детям по республике Тывы «СаяныСпас» Олеся Кушнер.
Сначала ориентировки распространяли родные и знакомые. Позже к поискам подключились полиция, Следственный комитет, МЧС, водолазы, кинологи, волонтеры и местные жители. По данным правоохранителей, девочки в день исчезновения направились к Енисею, в сторону дамбы.
Именно у воды были найдены телефоны школьниц. Позже в районе поисков обнаружили обувь одной из девочек. Следственный комитет возбудил уголовное дело по факту исчезновения несовершеннолетних.
На фоне неизвестности в городе растет напряжение. В соцсетях множатся разные версии: от несчастного случая до криминала. Недавно жители едва не устроили самосуд после слухов о том, что девочек якобы удерживают в частном доме, где жила обычная семья. Наводку дала ясновидящая. На место приехали силовики, криминалисты и руководство МВД. Проверка не подтвердила связь дома с исчезновением школьниц.
Сейчас поиски продолжаются по нескольким направлениям: обследуют береговую линию Енисея, акваторию, возможные маршруты девочек, городские улицы и прилегающие территории.
О том, как организована работа, рассказала глава поискового отряда «СаяныСпас».
— Волонтеров сейчас хватает?
— В понедельник на поисках работали 1021 человек, — говорит Олеся Кушнер. — Это 241 поисковая группа. Было задействовано 162 автомобиля, 19 плавсредств, 2 квадроцикла, 1 гидроцикл и 7 тепловизоров. Больше тепловизоров использовать не смогли, потому что был ужасный ветер. Он, конечно, внес коррективы в работу.
— Масштаб огромный!
— Это мягко сказано.
— Сколько территории уже осмотрели?
— В понедельник было пройдено более 150 километров. Это расстояние от моста в районе Дальнего Каа-Хема и по руслу реки до города Шагонар. Если смотреть по карте, примерно так и получается около 150 километров. Поиски ведутся вдоль русла реки по береговой линии, с воды и с воздуха, насколько это возможно.
— Кроме телефонов и обуви, находили еще какие-то следы?
— У нас был только крокс девочки и телефоны. Я сама лично ездила изымать сланец, чтобы передать его в Следственный комитет. Его нашли рядом с водой.
— То есть основная версия сейчас, что девочки могли утонуть?
— К сожалению, да.
— В соцсетях пишут, что одна из школьниц не умела плавать. Поэтому люди сделали вывод, что вряд ли они пошла бы купаться.
— Это мог быть несчастный случай. Они могли играть, стоять у воды, кривляться. В том месте, где нашли телефоны, очень обрывистый берег. Одна из девочек, к примеру, начала падать, схватила вторую, просто чтобы зацепиться. И обе не удержались и упали. Здесь же дело случая.
— Водолазы работают?
— Да, водолазные группы работают. Они сплавляются на лодке и осуществляют спуски. В понедельник работал один водолазный расчет. Полный расчет — это группа, если не ошибаюсь, из четырех водолазов.
— Течение там сильное, река широкая?
— По размерам река такая же, как Москва-река, но течение сильнее.
— Очевидцы появляются? Кто-то говорит: «Мы видели девочек», «Мы что-то заметили»?
— К сожалению, таких подтвержденных очевидцев нет.
— Родители участвуют в поисках?
— На официальном штабе нет.
— Есть еще неофициальные штабы?
— Насколько я понимаю, родители пытались что-то организовать отдельно. Мы туда вечером в понедельник съездили, но там уже никого не было.
— Ночью поиски ведутся?
— Нет. Это опасно для жизни и здоровья добровольцев. Поиски идут вдоль воды, а в темное время суток это крайне опасно. Плюс нулевая видимость.
— Есть регламент, сколько будут продолжаться поиски?
— Никакого регламента по времени нет. Будем искать до победного.
— В соцсетях много версий от шаманов, ясновидящих, блогеров. На такие сообщения реагируете?
— У нас есть определенные факты. Это нахождение личных вещей без вести пропавших девочек. Поэтому мы отрабатываем основную версию — воду. Все остальное мы не можем брать за основу.
— Говорили еще о версиях суицида и криминала. Это проверяется?
— Мы занимаемся только поисковыми мероприятиями. Все остальное — оперативно-розыскная работа, этим занимается МВД. Есть тайна следствия, поэтому мы туда не лезем.
— Что показывают камеры видеонаблюдений?
— Есть видеозапись, на которой девочки идут в сторону дамбы, в сторону набережной. Они просто прогуливались. Больше ничего.
— Один блогер рассказал, что ему пришло сообщение, что девочки могли спуститься через трубу под землю и там застряли.
— По поводу блогеров вообще отдельный разговор. Подтвержденная официальная информация публикуется либо у 108-го телеканала, либо у пресс-службы МВД, пресс-службы МЧС, либо у нашего регионального отделения «СаяныСпас». Все остальное мы не воспринимаем.
— Заброшенные дома, подвалы, строения проверяете?
— Мы не делаем на этом акцент, чтобы не поднимать очередную массовую истерию.
Поисковики продолжают обследовать берег, воду и прилегающие территории. Добровольцы работают группами, данные передаются в штаб и следственным органам. По словам спасателя Романа Кочеткова, на сон остается 4 часа в сутки и несколько минут на еду между выходами на поиск: «Работа сложная, учитывая регион, его местность и ландшафт».
Правоохранители просят жителей не распространять непроверенные слухи и любую реальную информацию передавать только в полицию или экстренные службы.