Депутат Останина опасается вала разводов после закона против домашнего насилия
В Госдуме скандал — глава комитета по защите семьи от всего, с ней связанного, опасается рассматривать закон против домашнего насилия. Якобы есть опасение, что это отвадит народ от вступления в брак. Да и вправду: если нельзя бить, кто тогда будет жениться? «Импульсивные жены» начнут строчить заявления, мужья закручинятся, и статистика разводов взлетит до небес.
«Парни будут бояться, что любое прикосновение дома к жене, исходя из заявлений иногда импульсивных наших женщин, можно будет рассматривать как посягательство на физическое и психическое здоровье», — поясняет депутат Нина Останина.
Не поражаясь внутренней мизогинии (а еще незнанию того, что оба пола сегодня у нас к традиционному браку не слишком стремятся), перейдем сразу к фактам. Статистика правонарушений как вода: просачивается сквозь песок, бытовые отходы и прочие материалы.
Итак, по данным от независимых организаций, за 2022–2023 годы не менее 2284 женщин в нашей стране погибли в ситуациях домашнего насилия (в основном от действий своих партнеров). В 2024 году каждая третья жертва убийства в России — женщина.
Те оппоненты законодательной защиты слабых, что говорят об «отдельных случаях» — вроде Маргариты Грачевой, которой бывший муж отрубил кисти рук, или сожженной заживо фотомодели Юлии Лошагиной, — зря сотрясают воздух. Они или лукавят, или передергивают, или прячут голову все в тот же песок отсутствия официальной статистики. Кулаки вкупе с алкоголизмом не выбирают, на кого обрушится, лишь бы жертва была поменьше и послабее. Около 2 миллионов детей в возрасте до 14 лет в России регулярно избиваются взрослыми. Из них каждый десятый ребенок погибает, а около 2000 детей кончают жизнь самоубийством, спасаясь от жестокого обращения. Также в зоне риска – старики. Иногда даже немощные.
А ведь есть еще изощренное моральное, психологическое насилие давление, известное в народе как «сживать со свету». Есть вариант «побивати не сильно» (и желательно не на людях), с повреждениями разной степени тяжести.
Все ведь об этом знают. И до этого момента соответствующие инициативы Госдума рассматривала сотню раз. Целых 48 заходов до 2005 года, а в 2005 – до 50 предложений, тогда тема была очень популярной. Самой запоминающейся попыткой профилактировать и наказывать домашнее насилие был так называемый «закон Оксаны Пушкиной» 2019 года. Проект был прогрессивный, но, как указывали, юридически недоработанный (или так казалось). Депутаты предлагали выработать механизм защитного предписания, охранного ордера для жертв, чтобы суд мог изолировать агрессора на срок до 30 дней. Даже если он — собственник жилья. Вводилась система профилактики с упором на работу участкового, в компетенции у которого был бы вынос охранного предупреждения. А при систематике – судебного ордера. Интересно, что много внимания в этом проекте было уделено предотвращению разводов, в не наоборот. Предлагалось создание сети кризисных центров для женщин, программы реабилитации для их обидчиков
Дела по домашнему насилию предлагалось перевести в категорию частно-публичного обвинения, чтобы полиция могла начать расследование даже без заявления жертвы. Такие меры и решения распространялись бы и на бывших партнеров, сожителей, пожилых родственников и др. Ну, и как мы знаем, вместо этого домашние побои перевели из «уголовки» в разряд административных правонарушений.
Здесь также можно упомянуть сталкинг — он же навязчивое преследование. Внимание этой социальной «теме» у нас впервые уделили только в 2024 году, когда депутаты Ксения Горячева, Сардана Авксентьева) и примкнувший председатель комитета по труду Ярослав Нилов впервые попытались внести законопроект о противодействии сталкингу.
А воз и ныне там. Упорное и даже несколько абсурдное желание властей не замечать у себя под носом «во-о-от такую проблему», которая в реальной жизни, а не в виртуальной, способствует разводам, породило в народе различную конспирологию. Мол, готовят «традиционный разворот», православный Иран не за горами!
Но действительность как обычно, банальна и цинична. Да, консервативно-церковное лобби сейчас сильно, кто бы спорил. Но основная причина рогов и копыт, что уперлись в основание «слишком либерального» начинания – организационно-материальная. Полиции не до того, суды не хотят лишней нагрузки. Охранные ордера, профилактические беседы, перевод дел в публичное обвинение — это колоссальный объем работы без дополнительных штатов и бюджета.
Судебная и пенитенциарная система и так перегружены, куда еще кухонных боксеров размещать. Вот если женщина от безысходности пырнула благоверного ножом, тогда присядьте. Но если вернуть уголовную статью за побои в семье и доводить все дела до суда, число осужденных резко вырастет. Итог: власти боятся и не наказывают абьюзеров из-за масштабных социально-экономических последствий.
И конечно, ревнители традиций блюдут семейные ценности. И даже нейтральные депутаты любят поговорить о том, что мы — это государство, и зачем будем ввязываться в частную жизнь граждан, в дела рода, в семью. Ну конечно. Когда речь о запрете абортов, ввязываться можно, а если об избиениях в родном доме – нет, ни в коем случае. Кстати, еще один отделенный институт, Русская Рравославная церковь любит позащищать насилие. Не вся, конечно, но в ликах своих рупоров формата Ткачева или уже преподобного Смирнова, определенно. В речах этих попов (батюшками или священниками их не поворачивается язык назвать), то и дело проскальзывают женщины под лавкой или женщины, поломанные об колено…
В связи с этим хочется вспомнить несколько цитат из Домостроя, который сейчас так любят экстраполировать на современность. Смысл там, как в «Бриллиантовой руке»: «Будем бить сильно, но осторожно». Чтобы скотину не попортить, не поломать имущество.
Читаем: «Не гневатися ни жене на мужа, ни мужу на жену; а по всяку вину по уху, ни по виденью не бити, ни под сердце кулаком, ни пинком, ни посохом не колоть, ни каким железным или деревянным не бить». Это ж просто инструкция: как бить, чтобы не приключилась слепота и глухота, и так далее. Там в конце и про выкидыш – беременных, значит, тоже можно. А вот, как надо: «Плетью с наказанием бережно бити, и разумно, и больно, и страшно, и здорово… вежливенько побить, за руки держа, по вине смотря». И еще очень важно «Побить не перед людьми, наедине». Протопоп Сильвестр под редакцией игумена Кариона, XV-XVII век.